Рядом хрустнула ветка, и Лаура вздрогнула. Кто-то прокрался мимо нее. Она почувствовала тепло чужого тела. Возможно, это был всего лишь воздушный поток, вызванный движением. Лаура отступила назад, насколько могла. Снова послышался хруст. Каждый мускул в теле Лауры был напряжен до предела. Она не сводила глаз с Винкельманна. Репортер стоял на месте.

Вновь раздался голос в наушнике:

– Контакт установлен. Цель выходит из леса.

Лаура напряженно вглядывалась во тьму. Действительно, к Винкельманну кто-то приближался. Но было так темно, что она не смогла распознать Крюгера.

– Вы один?

Это определенно был голос Крюгера. Лаура слышала его благодаря микрофону Винкельманна.

– Да, как договаривались. Что у вас?

– Деньги вперед. Мне нужно скрыться, и наличка не помешает.

У Лауры зачастил пульс. Она стала подбираться поближе.

– Половину сейчас, вторую – когда сообщите свои сведения, – сказал Винкельманн и передал Крюгеру несколько банкнот.

– Благодарю, – ответил тот и с шумом выдохнул. – Так вот, я наладил в больнице одну бизнес-модель. Тащил время от времени вещи пациентов из «неотложки», а иногда и кое-что из препаратов, на какие был спрос. В больнице ужасная система контроля. До сих пор никто ничего не замечал… – Крюгер выдержал театральную паузу. – Возможно, вам это уже известно по другим заведениям. Есть много русских, да и других, кто скупает это добро. Я знаю кое-кого из аптечных курьеров, вот там всякое происходит.

– Ну а что такого нового вы хотели мне сообщить? Кражи – это, конечно, чудесно, только они происходят повсюду, и за новость о состоянии системы здравоохранения шеф меня по голове не погладит.

– Ясное дело. Просто не знал, что вы так глубоко в теме… Но мне довелось умыкнуть еще пару сумок… – Он что-то передал Винкельманну, чего Лаура не смогла разглядеть. – Чудный экземпляр. Поступила в отделение после побоев от своего хахаля, а потом сбежала в женский центр. Я как раз отвозил ее туда. Подумал, позже заеду еще раз и отдам сумку. Она принялась бы меня благодарить – и, сами понимаете, мы бы сблизились, и все такое… Но красотка вдруг исчезла. Ни в женском центре, ни дома, ни в больнице ее не было. Как сквозь землю провалилась.

– И что мне с этим делать? – В голосе Винкельманна сквозила досада.

– Вы не понимаете? – спросил Крюгер.

Лаура давно догадалась, к чему он клонит.

– Этот тип и ее похитил. Посмотрите на удостоверение. Все без исключения горячие цыпочки. Он похищает их одну за другой. Это серийщик, маньяк. Такая история по вам, верно? Вы можете указать легавым, как они облажались, если до сих пор не поняли, сколько пациенток уже исчезли.

В этот момент пошли помехи связи, наушник захрипел. Словно издалека Лаура услышала, как Крюгер выругался.

– На вас что, микрофон?

«Довольно», – подумала Лаура. И дала сигнал группе захвата.

22

Ночами приходилось тяжелее всего. Марина обслуживала одного клиента за другим. При этом душа ее витала где-то под потолком. Она действовала как робот. Улыбалась, стонала, говорила. Только когда на прикроватном столике появлялись деньги, сознание возвращалось. К утру Марина должна была отдать Саше тысячу евро, иначе ее ждали неприятности. По счастью, недоставало еще одного клиента. Она удовлетворенно вздохнула. Педро ходил к ней вот уже несколько недель. До сих пор он желал только говорить с ней. Марина опустилась на кровать. Педро единственный видел в ней человека. Марина часто слышала от других девушек, что бывают такие клиенты.