- То-то и оно. Ты, батя, погуляй немного, четверть часика, - распорядился Бурый. - И приноси свою дырку.

Он уже был мне симпатичен своим непоколебимым спокойствием.

- Я схожу пива выпью, - подумав, решил дед и отбыл. Бурый сел в кресло и молча уставился на мою дуру.

Политика правильная, подумал я. И даже сказал бы - единственно возможная политика. Дуре неудобно, страшно, больно - и долго ли она в таких обстоятельствах будет молчать?

- Да помогите же наконец! - взмолилась она. - Вы мужчина или где?!

- Брыкаться будете? - спросил Бурый.

- Не буду! Чтоб вы сдохли!

На такую любезность могло быть несколько ответов. Бурый избрал самый практический - потянулся к столику на колесах и включил электрочайник. Этим он без слов сообщил: буду комфортно ждать, пока ты не поумнеешь.

Если бы он знал ее так же хорошо, как я!

- Ну сделайте же что-нибудь! - опять заныла она. - У меня печень перехватило! Я же помру тут!

- Лягаться будете?

- Сказала же - не буду!

Нашел кому верить… Хотя в таких обстоятельствах даже безнадежные дуры временно набираются разума.

Бурый встал, подтащил к окну второе кресло, забрался, приподнял раму и кое-как помог пленнице высвободиться. Она буквально рухнула в свое кресло. И как по-вашему, что содержалось в ее первых словах? Вот именно - бесстыжее вранье.

- Черт знает что! Я дворничихе за уборку заплатила, а она окно не вымыла. Я сейчас смотрю - батюшки, на нем репу сажать можно. Полезла посмотреть, и вот… Я же ей деньги платила! А она в середке поскребла, а по краям - грязь…

Нет, что за женщина! Она хоть одно слово правды за свою жизнь сказала?

- Сейчас придет клиент с дыркой, - сообщил Бурый.

- Это никакая не дырка, это один из признаков смертельной порчи. Порчу я снимаю на раз. Нужна венчальная свечка, стакан колодезной воды и яйцо из-под черной курицы.

Самоуверенность вернулась к ней моментально.

- Где же он все это возьмет?

- Захочет выздороветь - возьмет! Я от рака змеиными яйцами лечу - так люди по лесу неделями ходят, пока эти яйца отыскивают! Свечка, свечка…

И она полезла в холодильник искать свечу.

Змеиные яйца Бурого озадачили. Он еще не знал, что эта женщина умеет только врать. Поэтому таращился на ее обтянутый черным платьем зад и явно думал самую простую мужскую думу.

Я же только вздохнул. С этой дурой мне никаких бродячих шутов и шпильмейстеров не надо.

- Звоните и деньги добывайте, - сказал Бурый. - А то у меня хозяйка крутая. Она тут камня на камне не оставит.

Камня на камне? Этого еще недоставало. А Анжела как раз может в ярости все разгромить - не в переносном, а в прямом смысле слова. И где я жить буду? Нам жилплощадь одну и навсегда определяют… и сундучок!.. Они же найдут сундучок!..

Дура этого не понимала, да и не могла понять.

- Ну что она может сделать? Ну, посуду перебьет. Вы же видите - я до конца дня денег не достану.

Это была почти правда. Но она их и до конца жизни не достанет. Впрочем, сказала она эти слова почти по-человечески - нечаянно найдя интонацию, которая вызывает сочувствие даже у таких вырубленных из гранита кавалеров, как Бурый.

- А вы еще звоните, всех спросите. Пятьсот гринов - это же немного.

Его ответ тоже прозвучал почти по-человечески. И тут моя дура, естественно, сорвалась и понесла чушь!

- Немного? Слушайте, я сразу поняла - вы хороший человек! Давайте я вам погадаю, оберег вам поставлю от огнестрельного оружия, а вы мне одолжите эти несчастные пятьсот гринов! У меня на завтра записаны денежные клиенты, обряд на омоложение, снятие родового проклятия! Я к концу недели эти деньги заработаю и отдам!

Как вокруг Анжелы сверкал красновато-золотой ореол денег, так вокруг моей дуры сейчас образовался радужный ореол вранья.