– Он послал вас сюда, чтобы я изменил свое решение? – В низком голосе Макгрегора прозвучал недвусмысленный намек.

Элизабет вскинула голову и, проклиная себя в душе за то, что снова начинает краснеть, возразила:

– Мой опекун не знает, что я здесь. Эш усмехнулся:

– Разве никто никогда не говорил вам, как опасно маленьким девочкам заходить в темный и дремучий лес?

– Мы с вами не в лесу, а в центре города, и меня едва ли можно назвать маленькой девочкой! – вспыхнула Элизабет.

– Вам следовало бы прийти сюда со своей дуэньей, мисс Баррингтон, – съязвил Эш.

Элизабет с трудом удержалась, чтобы не сказать, что она давно вышла из того возраста, когда необходима дуэнья.

В этот момент за дверью комнаты, спиной к которой стояла Элизабет, раздался громкий женский смех, а затем его заглушил низкий мужской голос, послышалось ритмичное поскрипывание кровати. Эш взглянул на дверь и перевел взгляд на девушку. На его полных, красиво очерченных губах играла бесовская ухмылка. Элизабет нервно переминалась с ноги на ногу, в который раз сожалея о том, что поторопилась со встречей в таком неподходящем месте.

– Мистер Макгрегор, мне необходимо поговорить с вами. Может, мы пройдем в гостиную? – нерешительно предложила, наконец.

Эш усмехнулся:

– В гостиную не стоит спускаться: вдруг вы приглянетесь одному из клиентов Хэтти?

Элизабет поднесла к лицу свой белый платочек с тонким запахом лаванды, пытаясь избавиться от тяжелого и назойливого запаха дешевых духов, висевшего в воздухе.

– Признаться, я не ожидала, что у мисс Хэтти будет так... оживленно в это время суток, – с трудом подбирая слова, произнесла девушка.

– У Хэтти оживленно в любое время суток, – парировал Эш.

– Меня ожидает экипаж, – неуверенно продолжила Элизабет.

– Знаю. Я видел, как вы входили через черный ход. Признаться, подумал, что Хэтти взяла на работу новую девочку.

Элизабет понимала, что Макгрегор просто-напросто хочет ее подразнить. Она была абсолютно уверена, что ее вряд ли можно принять за женщину легкого поведения или искательницу приключений.

– Может быть, выпьем по чашке чаю? В Виндзор-отеле есть неплохая кондитерская, и если вы...

– Послушайте, леди, ни в какую кондитерскую, я идти не собираюсь. Мой дом здесь, и если вы хотите мне что-то сказать, то входите и говорите, – нетерпеливо перебил ее Макгрегор и отступил в сторону, давая возможность пройти в комнату.

Несмотря на раздражение в голосе и напускную грубость, в глазах Эша проглядывала обида. Элизабет поняла, что он считает это заведение своим домом, а она неосторожными словами задела хозяина за живое. Но, видит Бог, у нее и в мыслях, такого не было!

Бросив быстрый взгляд в комнату, Элизабет подумала, что ей придется принять его условия, хотя возникло ощущение, что она направляется прямиком в логово тигра.

Макгрегор нагнулся к своей гостье и, слегка касаясь губами мочки ее маленького ушка, отчего все ее тело охватила чувственная дрожь, прошептал:

– Не бойтесь меня, я не кусаюсь.

От неожиданности Элизабет вздрогнула и ударила головой его подбородок. Подняв глаза и увидев, как он потирает ушибленное место, она смутилась. Большую часть своей двадцатишестилетней жизни Элизабет мечтала увидеться с человеком по имени Эш Макгрегор, и вот теперь сама же эту долгожданную встречу и испортила.

– Ради Бога, простите меня. Но вы, правда, напугали меня, – виноватым голосом произнесла она.

Эш нахмурился:

– Смотрите, как бы я снова вас не испугал.