Священник не проронил ни слова – он смотрел на Элизабет округлившимися глазами. Эш крепко прижал девушку к себе, словно защищая от нападения вошедших людей. Но было поздно. Они оба успели стать причиной скандала, избежать которого, увы, им не удастся.

– Священник и его жена хотели с тобой поздороваться, Энджелстоун, – сказал Хейворд спокойным и невозмутимым тоном. Казалось, он не видел свою подопечную полуобнаженной, в объятиях внука. – Думаю, вы воспользуетесь возможностью и объявите о своей помолвке.

Помолвка! Элизабет чуть не задохнулась! Почувствовав, как напрягся Эш, она нерешительно подняла глаза. Тот пристально смотрел на Хейворда, прищурившись и плотно сжав губы. Он был взбешен!

Элизабет готова была провалиться сквозь землю. Она закрыла глаза и стала беззвучно молиться.

ГЛАВА 19

Элизабет сидела на диване и наблюдала, как герцогиня разливала чай. В гостиной больше никого не было. Хейворд со священником и его женой-сплетницей удалились в зеленую гостиную в другом крыле дома. Элизабет с удовольствием заперла бы этих двух людей на ключ. Но... Рано или поздно они покинут дворец и тогда... Девушка ни на минуту не сомневалась: не пройдет и пяти минут, после того, как за миссис Бэкстер закроется дверь, и о ее неблаговидном поступке узнает вся округа. Эша Хейворд отвел в кабинет для серьезного разговора. Когда герцогиня протянул ей чашку чаю, той от стыда трудно было поднять глаза.

– У тебя такой вид, будто хочешь повеситься, – нахмурившись, сказала Леона.

Элизабет молча взяла чашку. Боясь выронить ее из дрожащих пальцев, она держала ее обеими руками.

– Мне больно думать, в какой жуткий скандал я вовлекла вас с Марлоу, – тихо произнесла девушка.

– Перестань заниматься самобичеванием, дитя мое, – успокаивала ее Леона, присаживаясь рядом. – Ты – не первая женщина, которую соблазнил мужчина до того, как прозвучит клятва перед алтарем.

Элизабет наблюдала, с какой тщательностью герцогиня расправляет складки на юбке сиреневого платья.

– Я должна была научить Пейтона хорошим манерам. А что наделала? Я сама бросилась в его объятия. И, что хуже всего, сожалею лишь о том, что нас застали.

Леона ласково похлопала ее по руке.

– Мужчины, носящие фамилию Тревелиан, всегда представляли для женщин потенциальную опасность, – сказала она. – Их мужественность и сила, спрятанные под красивой внешностью, помножены на невероятную целеустремленность. Ты ведь знаешь, что одного из дядюшек Марлоу звали не иначе, как Дьяволом Дартмура?

– Да, – ответила Элизабет. – Я слышала об этом.

Она с наслаждением отпила глоток чаю, приятно освеживший горло, надеясь, что ароматный и крепкий напиток немного успокоит нервы.

– Я сама во всем виновата. Ведь давно не девочка. Мне следовало бы быть предельно осторожной и осмотрительной, а не распалять Пейтона. Но я ничего не могла с собой поделать. Как только он меня коснется, мысли тут же начинают путаться.

– Девочка моя дорогая, даже я не смогла устоять перед чарами Тревелиана, – призналась Леона.

Элизабет уставилась на герцогиню.

– Вы хотите сказать, что Марлоу и... Леона кивнула.

– До свадьбы? – удивленно спросила Элизабет.

– Это произошло в саду, среди цветущих и благоухающих роз, в загородном доме моего отца в Лестершире. – Взгляд Леоны устремился сквозь открытые окна в сад, где тихонько покачивались на ветру цветы, тонкий аромат которых ощущался в гостиной. – В память о том вечере мы здесь посадили розы.

Элизабет выглянула в сад.

«Цветущие розы никогда не станут для меня тем же, чем были для Леоны», – подумала она.