Loading...
Изменить размер шрифта - +
Сами понимаете, средства института ограничены…

Файрли с сомнением взглянул на водителя, но тот и глазом не повел.

Они проехали мимо длинных приземистых зданий и вскоре оказались на обширной бетонированной площадке около полукруглых ангаров. Впереди расстилалось посадочное поле, освещенное рядами редких огней.

Файрли никогда ранее не приходилось бывать в военном аэродроме, и сейчас он почувствовал себя разочарованным. Ему представлялось, что здесь то и дело с ревом садятся и взлетают суперсовременные истребители и бомбардировщики, но действительность оказалась куда прозаичнее. Вокруг было пустынно и тихо, и только холодный мартовский ветер хозяйничал на взлетно‑посадочных полосах…

«Седан» вырулил на широкую бетонную дорогу и поехал вглубь аэродрома, едва растворяя чернильную тьму желтым светом фар. Файрли с огорчением откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Ему не нравилось, какой оборот приняли дела. Роскошный номер в пятизвездочном отеле окончательно исчез, а вместе с ним и надежда на тихий кабинет, непринужденные беседы с коллегами и дружеские вечеринки за чашкой чая. Зачем ему нужно лететь в это богом забытое Нью‑Мехико? Быть может, там состоится какой‑нибудь симпозиум по проблемам индейских диалектов?..

«Так или иначе, меня должны были предупредить, – с негодованием подумал Файрли. – Что за дурацкая бесцеремонность? Смитсоновский институт пользуется солидной репутацией, и вот нате вам…»

Через несколько минут Витхерс остановил «седан» около небольшого самолета с длинными треугольными крыльями. Файрли слабо разбирался в авиации, но эта машина была похожа на реактивный истребитель. Черный сигарообразный фюзеляж, освещенный светом двух прожекторов, выглядел мрачно и угрожающе.

Навстречу им из темноты вышел механик в теплом комбинезоне, приветливо махнув рукой.

– Вот мы и на месте, – весело сказал Витхерс и подмигнул ошеломленному ученому. – Как вам нравится эта лошадка, а? Небось на такой и во сне не приходилось летать? Выходите, я сам понесу ваш саквояж.

– Погодите, погодите… – пробормотал Файрли, не двигаясь с места. – Вы же говорили, что я полечу рейсовым самолетом, а это… это же боевой истребитель!

– Ничего подобного, всего лишь Р‑404, сверхзвуковой разведывательный самолет, – успокоил его Витхерс. – Штучка крутая, зато вам не придется трястись несколько часов в каком‑нибудь винтокрылом корыте… А вот и капитан Кволек. Познакомьтесь, капитан, это ваш пассажир мистер Файрли.

Делать было нечего, и Файрли, тихо ругаясь, вылез из салона и пожал руку пилоту – широколицему молодому человеку с обветренными щеками и крупным приплюснутым носом. Кволек добродушно улыбался, но глаза его оценивающе пробежались по пассажиру с ног до головы, так что Файрли пожалел о своей щуплой, отнюдь не атлетической фигуре. Только мужское самолюбие не позволило ему устроить скандал; было ясно, что полет этот – отнюдь не увеселительная прогулка.

– Надеюсь, я не доставлю вам особых хлопот, – извиняющимся тоном сказал он.

– Не беспокойтесь, все будет нормально. Поднимайтесь в кабину, мы устроим вас по высшему классу. Пока, мистер Витхерс.

Файрли попрощался с ухмыляющимся «представителем Смитсона» и стал осторожно взбираться по узкому трапу, стараясь не наступать на фалды длинного плаща. Чувствовал он себя по‑дурацки, но что оставалось делать?

Он едва втиснулся в тесную кабину, закашлявшись от терпкого запаха металла и авиационного масла. Вслед за ним в салон самолета ловко влез второй пилот – темноволосый крепыш с округлым лицом и добродушными голубыми глазами – и помог Файрли усесться в высоком мягком кресле, расположенном сразу же за пилотским.

– Лейтенант Вифорд, – представился крепыш.

Быстрый переход