Изменить размер шрифта - +

— Лыжню! — попросил Морозов.

Грин не уступил и снова помчался рысью. Так он добежал до горы. Оттолкнувшись, он скользнул вниз, опустил онемелые руки. Ему казалось, что мчится он очень быстро, но вдруг мимо него проскочил Морозов. Ловко вывернул на лыжню, не сгибая колен, оттолкнулся несколько раз палками и стал взбираться на гору. Грин знал, что за их борьбой следят, и, чуть не плача от бессилья, бро сился догонять Морозова. Он настиг его на тягуне и стал яростно наступать на лыжи. Морозов, удивленный, обернулся.

— Ты что? — спросил он. — Лыжню тебе?

— Лыжню, — выдохнул Грин. Морозов уступил.

 

— Посмотрите, что делает этот парень? — ахал на старте Шиков. — Ведь на одних нервах идет.

— Ему бы чуть-чуть силенок, и плакало бы твое чемпионство, — сказал вожатый.

— Упрямый парень, — согласился тот.

А Грину нечем было дышать. Он хватал воздух ртом, но втянуть его в легкие никак не мог. Он чувствовал, что еще немного такой гонки, и он сядет в снег.

Они бежали между елочек.

«Пока видят», — подумал Грин о болельщиках.

— Лыжню! — потребовал Морозов.

— Подожди! Еще немножечко, — прохрипел Грин.

Запрокинув голову, как бегун перед финишем, он сделал несколько шагов и, пошатнувшись, сошел с лыжни.

Попеременно выбрасывая палки, скользя то на одной, то на другой ноге, ушел вперед Морозов. Грин посмотрел назад. За спиной стоял сплошной лес.

— Не видели.

Грин привалился к сосне и все пытался вздохнуть. Наконец воздух прорвался к разгоряченным легким, и Грин закашлялся.

Дальше бежать не хотелось, но он вспомнил про команду, про зачетные очки и заковылял вперед. Его обошли человек десять. Провал был позорным, и Грин, выждав, пока скроется за елями очередной лыжник, сильно ткнул носком правой лыжи в корневище. Лыжа не сломалась. Грин ударил второй раз и опять не сломал.

— Эй, Грин, что с тобой? — услышал он вдруг девчачий голос.

Грин вздрогнул и быстро отошел от дерева. Навстречу ему шла Лида.

— Снег налипает, — сказал он.

Ему хотелось уйти от нее, но Лида побежала впереди, и обогнать ее он никак не мог.

— Давай, давай! — кричала она. — Совсем немного осталось.

Грин вдруг почувствовал, что силы возвращаются к нему.

— Лыжню! — крикнул он Лиде.

Она уступила, и Грин побежал впереди, стараясь шагать пошире, а палки выкидывать подальше.

На финише Грина встретили с насмешливой добротой.

— Говорил, не гонись за ним, — сказал ему Шиков.

— Крепкий парень, — одобрительно улыбнулся Морозов, — я ему кричу: «Лыжню!», а он мне: «Подожди, — говорит, — немножко». Упрямый!

— Он, наверное, по системе йогов занимается, — вылез Петя.

— Упрямый парень, — повторил Морозов.

— Да какой я упрямый, — рассердился Грин. — На зрителя работаю, а как зашел в лес, так с катушек долой.

Грин занял третье место с хвоста, и все-таки к нему относились теперь с уважением. Это Грин заметил сразу.

Елка стояла в пионерской комнате в углу, очень красивая, убранная роскошными игрушками.

После торжественного ужина малыши занялись детским бильярдом, а все остальные часа полтора играли в моргалки. Потом ребята вышли погулять перед сном, а Шиков, Морозов, Андрюша Флит и Лида с Таней подсели к елке и завели литературный разговор. Грин подошел к их группе.

Быстрый переход