На сем и завершилась жизнь беззаботного, но возгордившегося царя Сипила.

Хрон помнил еще кое-что из того рассказа.

— Зевс придумал тебе наказание за то, что ты подсунул им мясо собственного сына, — обратился он к призраку. — Он поставил тебя по горло в чистую воду, но едва ты хочешь утолить терзающую тебя жажду и наклоняешься, вода отступает. Вокруг тебя растут прекрасные плоды, но когда ты протягиваешь руку, они исчезают. А над головой твоей висит огромная скала, в любой миг готовая рухнуть и раздавать твое тело.

Призрак удивился такой осведомленности Хрона.

— А ты неплохо знаешь историю моей судьбы.

Хрон продолжал молча идти следом за ведущим.

— Да, я получил наказание за то, что убил Пелопса. — Призрак погрустнел и вновь стал плотнее, менее прозрачным. — И маюсь в этом проклятом Аиде уже не первую тысячу лет. Потому-то мне просто необходимо доставить тебя до сада Гесперид. Ведь ты поклялся перенести дух мой в Элизиум!

— Я не клялся, — напомнил Хрон. — Я всего лишь обещал.

— Ладно-ладно, — сдался призрак. — Но твое обещание все равно что клятва! Помни это! Боги сурово карают тех, кто не держит клятв!

Помолчав, Хрон спросил:

— Почему же сейчас ты тут, а не по горло в воде?

— Аид позволил мне побродить по Гадесу. Он позволяет мне это каждые пятьсот лет.

Хрон подумал, что Аид — добрейшей души бог, да к тому же весьма смелый, раз идет против воли Зевса, отпуская мятежного духа передохнуть от несения наказания. А еще Хрон подумал, что и вправду слишком опрометчиво пообещал Танталу Элизиум. Ведь душу простого грешника, о котором богам ничего не известно, перенести на Елисейские поля несравненно проще и безопасней. Об исчезновении же Тантала станет непременно известно, и еще выяснится, кто именно помог ему бежать.

Хоть боги давно покинули Землю и Олимп, они не стали слабее. И кара их всегда настигает ослушников.

Судя по часам на левом запястье Хрона, путешествовал он по подземелью уже почти сутки. Какое время прошло на поверхности, не сможет сказать никто. Сообщив Танталу о своем намерении поискать место для привала, Хрон узнал, что вскоре впереди должна быть река Эридан, берег которой прекрасно подходит для ночлега. А отдохнув, можно поискать переправу.

Следуя за парящим над землей призраком, Хрон, согласившийся пройти еще немного, прошагал два часа и подошел-таки к берегу. Ожидая увидеть лишь подземный ручей, Хрон с удивлением смотрел на полноводную, широкую реку, по-настоящему могучую даже по сравнению с реками на поверхности. Другого берега Эридана не было видно во мраке.

К самой воде спускались ветвистые деревья, вместо листьев на которых рос мягкий мох. Причудливые формы деревьев вызвали у Хрона ассоциацию с обитателями Аида, противными бесами, ни один из которых еще не встретился за время нынешнего путешествия. Наломав ветвей, Хрон устроил себе ложе в зарослях. Он знал, что смыкать глаза в подземной мире опасно, потому поручил Танталу охранять свой сон. Хотелось верить, что призрак, не нуждающийся в отдыхе, выполнит поручение. Хрон лег, подложив под голову побольше мха, и мгновенно уснул.

Ему снилась Кора. Прекрасная, свежая, черноокая и черноволосая Кора. Он не знал, кто она такая, не знал, почему каждый раз, возвращаясь на поверхность, непременно оказывался у нее. Но он и не хотел это знать. Сам собой пришел вполне удовлетворивший его ответ: Хозяин таким образом награждает Хрона за выполненную в подземелье работу.

О, Кора! Хрон старался не думать о ней в подземелье, но она часто приходила к нему во снах. Она подобна богине, она благоухает как самый прекрасный цветок, ее голос, звонкий смех, ее песни, что пела она Хрону — все это божественно.