— Присаживайтесь, — пригласил он археологов. — Не хотите ли покурить?

Друзья отказались. Внутренне они уже чувствовали, зачем призвал их хозяин.

— Как живется вам в моем дворце?

— Просто замечательно, хозяин, — искренне ответил Александр.

Звать Танатоса хозяином друзья начали вскоре после того, как оказались на попечении бога смерти.

— Осталась ли хоть одна нимфа в округе, которую вы умудрились пропустить?

Друзья смущенно потупили взгляды.

— Да ладно, парни, я и сам мужчина. Понимаю вас прекрасно. — Танатос выпустил струйку дыма и рассмеялся. — Вы как племенные быки, честное слово. Будто на поверхности никогда не существовало женщин.

— Там они несколько… иные, — сказал Николай.

— Не так легко доступны, — перевел Танатос. — Сейчас вам кажется, будто доступность — главное преимущество подземных женщин. Однако могу вас заверить: со временем это приедается. Хочется настоящих приключений, душевных терзаний, любовных переживаний. Хочется совершать подвиги или сеять вокруг смерть, лишь бы та единственная, что заняла твое сердце без остатка, стала твоей.

Танатос впадал в минуты поэтического настроения всегда, когда курил кальян.

— Возможно, вы правы, хозяин, но пока нам достаточно и такого.

— Хм… Кстати, до меня дошел слух, что многие нимфы хотели бы уйти вместе с вами на поверхность, когда вы освободитесь от службы у меня. Вы, ребята, можете спровоцировать здесь революцию!

Танатос опять рассмеялся.

— Мы не против прихватить нескольких девушек с собою, — решил подыграть Николай.

— А ты подумал над тем, как будешь содержать их? — вдруг совершенно серьезно спросил Танатос. — Мужчина вправе иметь столько женщин, сколько способен содержать на полном обеспечении, ни одной ни в чем не отказывая. Сможешь ли ты заработать там, на поверхности, столько денег, чтобы завести гарем?

Николай не нашел подходящего ответа. Зато помог друг:

— Гарем в нашей родной стране вообще невозможно завести. Это противозаконно.

— Чушь, — резюмировал Танатос. — Полигамия — это вовсе не пережиток прошлого. Это одно из важнейших достояний, из ценнейших сокровищ, которые человечество утратило. Надеюсь, когда-нибудь люди это поймут.

— Но ведь вы и сами не желаете никого кроме своей возлюбленной, — напомнил Александр.

— Мое право решать, хочу ли я быть с одной или со многими. Просто сейчас я чувствую, что должен быть только с одной. Проказник Эрос запустил стрелу в мое сердце, и пока я не имею желания вытаскивать ее.

По дворцу разнеслось веселое девичье пение. Нимфы продолжали свою беззаботную жизнь, не подозревая, что, поднявшись на поверхность, непременно столкнутся с трудностями, которые подчас невозможно преодолеть. Там, на поверхности, витают печали, болезни и горечи, выпущенные давным-давно хитрой Пандорой из кувшина в доме Эпиметея, брата Прометея.

Это случилось тогда, когда сердобольный Прометей похитил огонь и подарил его людям, заодно обучив искусству и многочисленным ремеслам. Жизнь на Земле стала много счастливее, а Зевс, разгневанный поступком Прометея, послал людям зло. Он велел Гефесту смешать землю и воду и сделать из полученной смеси прекрасную девушку, которая обладала бы нежным голосом и взглядом, способными разить наповал любого своим очарованием. Когда Гефест вылепил девушку, боги оживили ее и послали на Землю, назвав Пандорой, что в переводе значит «наделенная всеми дарами». Такое имя она получила вследствие того, что многие боги дали ей частичку себя, как, например, Гермес, вложивший в уста Пандоры лесть и лживые речи.