«Я хочу уйти в стазис как можно скорее, - ответил я, - опасаюсь действия «колокольчика». Пока последствия не сильно заметны, но их проявления растут. Меня это пугает…»

«Нам очень повезло, Гриша, - ответила Гайя, - распространение в вашей группе идёт гораздо медленнее, чем я рассчитывала. Это настоящее чудо. По первоначальным расчётам первый кризис должен был наступить ещё двенадцать часов назад».

«Может, «отменяющий тюрвинг» каким-то образом блокировал воздействие?» - предположил я.

«Нет, дело тут не в этом, - ответила Гайя, - двое из трёх оказались невосприимчивы к действию артефакта. Им ничего не грозит. Поэтому первоначально инициированный был только один. Распространение из-за этого идёт значительно медленнее, чем могло бы».

«Против этого тюрвинга может быть иммунитет?» - удивился я.

«Может, - сказала Гайя, - всего в одном случае».

Только теперь меня осенило.

«Таис и Кай… - мысленно проговорил я, - они…»

«Да, Гриша, - ответила Гайя, - видимо, ты хороший человек, раз обладаешь такой способностью влюблять в себя. Тюрвиг бессилен, если место, на которое он претендует, уже занято в структуре личности естественным путём».

Я потрясённо замолчал.

«Но ты прав, - продолжала Гайя после небольшой паузы, - вам нужно стартовать как можно скорее. Если промедлить, критический момент в вашей группе всё равно наступит, и довольно скоро».

«Мы ведь сможем решить эту проблему в будущем?» - спросил я.

«Я надеюсь на это, - ответила Гайя, - без вашей группы мне не удастся реализовать мой план по созданию разума».

«Мы, кстати, так и не обсудили, в чём он заключается», - сказал я.

«Мне нужны будут люди, чтобы воздействовать на возникающие сообщества. Особые агенты, которые предотвратят гибель разума, - ответила Гайя, - детали я проработаю позже. У меня впереди довольно много времени».

«Как мы узнаем, что нужны тебе?» - спросил я.

«Я найду способ вывести вас из стазиса. Я имею представление, как работает система вашего корабля».

«Что ж, - ответил я, - тогда, наверное, действительно не стоит мешкать».

Я развернулся, чтобы подняться по трапу.

«Гриша, если сочтёшь возможным, переговори до старта с Таис, - попросила Гайя, - ей очень тяжело. И будет только тяжелее. Очень вероятно, ей придётся столкнуться с собственным народом. А, возможно, и с самой собой. Я не уверена, как именно работает куб. Вполне может быть, оригинал Таис ничего и не почувствовал…»

В этот раз я не стал ничего произносить мысленно. Вместо этого постарался вызвать у себя уверенность, что всё будет хорошо. А потом открыл свои эмоции Гайе.

Гриша ждал меня у входного шлюза. Один. Спецназ, по моей просьбе, не покидал импровизированные места с фиксаторами на случай перегрузок.

- Как оно? – спросил напарник, тревожно глядя мне в глаза, - Земля… переживёт это? Мы не ошиблись.

- Переживёт, Кай, - кивнул я, - всё в порядке.

- Отлично, - он вымученно улыбнулся, - пойду тогда готовиться к старту. Да?

- Давай, - кивнул я, а потом, когда Кай уже собрался уходить, добавил: - и ещё кое-что.

- Да? – друг остановился и снова повернулся ко мне.

- Давай переведём вместе твою книгу на русский, - сказал я, - понимаю, сейчас, может, не время для таких проектов. Но я знаю, как для тебя это важно. Будем уделять этой работе хотя бы час в день. Что бы ни происходило вокруг.

Кай широко улыбнулся, в этот раз очень искренне.

- Спасибо, Гриша, - ответил он, - это самый лучший подарок в моей жизни.