Он заметил, что рука Оррила Д'Марра легла на рукоять любимой игрушки арамита — волшебного стека, который он довольно часто любил попробовать на других. Стек — смерть для Д'Ранса, если только Д'Ранс не убьет Оррила первым.

— Я сообщу повелителю о твоем ответе.

— Да, сделай это, так.

Не скрывая неприязни, Д'Марр молча удалился. Голубой человек проследил за ним взглядом, пока тот совсем не исчез из виду, и глубоко вздохнул. Он подумал о том, как его соперник приподнесет его ответ Вожаку Стаи. Преувеличений будет предостаточно. Д'Рансу придется петь соловьем, ну да он это хорошо умеет. Это позволило ему в свое время переплыть огромное море и добраться до желанной земли, это поможет ему быть в милости у Вожака Стаи до тех пор, пока он не будет готов покинуть волков-рейдеров, какая бы судьба их ни ожидала. Да, ты мне многое показал, так, мой повелитель Иван Д'Фарани, и за это я тебе очень благодарен, хотя ты и не можешь себе даже представить, как многому ты меня в действительности научил, так…

Откинув плащ, он уставился на руку, которую прятал от Д'Марра.

На первый взгляд, раны на ней не было, не было видно ни малейшего пятнышка. И в то же время боль пронзала его, как будто ему в ладонь воткнули нож. Рука была скрючена так, что была больше похожа на птичью лапу, чем на человеческую руку. Даже малейшее движение усиливало боль в сотни раз, но больше ждать он не мог. Теперь ее надо как-то выпрямить.

Стиснув зубы, голубой человек начал разгибать пальцы. От нестерпимой боли по лбу ручьями струился пот. Потихоньку рука стала принимать вид, близкий к нормальному, хотя даже эти небольшие усилия были для него мучительной пыткой. Под конец Д'Ранс не смог сдержать стона. Он найдет того, кто сделал это, и заставит об этом пожалеть.

Он знал, было большой глупостью так рано проверять себя, но возможность предоставилась неожиданно, как подарок, и голубой человек, будучи не в силах удержаться, схватился за нее. А в награду — эта боль.

Но дела пошли лучше, — успокаивал он сам себя. — Мое умение растет, так…

Превозмогая боль, Д'Ранс с помощью раненой руки стянул с себя капюшон, — надо привыкать жить с болью. Он начал было надевать шлем, но потом передумал. Оглядевшись и убедившись, что ему никто не помешает, северянин вынул из одного из мешочков, висевших у него на поясе, маленькое зеркало и принялся рассматривать левую половину головы.

Тонкая полоска седины в его волосах, полоска, которая еще неделю назад не существовала, согрела его взгляд.

Голубой человек улыбнулся. Да, это был явный прогресс.

Глава 5

— Если ты думаешь, что я отпущу тебя в это путешествие одного, то ты, Кейб, меня совсем не знаешь, даже после этих десяти лет, прожитых вместе.

Будь в тот момент на месте волшебника кто-нибудь другой, он не на шутку бы испугался, увидев его жену. Сейчас она была лесным божеством, Янтарной Леди, такой, какой многие помнят ее до сих пор. Это была воплощенная властность. Ее блестящие алые локоны развевались. Гвен сейчас казалась в два раза выше Кейба. Ее изумрудные глаза ярко сверкали — два зеленых факела, которые в другое время уносили его в сладкое сумасшествие. До этого дня он видел ее такой раз или два, и оба раза в тот момент, когда опасность угрожала ее детям.

Ему было больно от сознания того, что причиной этого гнева были любовь к нему и страх за него.

— Ты же знаешь наш уговор, Гвен. Это не ради нас, это ради детей. Рисковать обоим просто неразумно. Кто-то должен остаться с детьми… мало ли что может произойти. Вспомни, ты же сама первая предложила это.