– Это все, сэр?

Обыденный голос секретаря разрушил чары. Марлоу посмотрел мимо нее.

– Да, спасибо, Куинн.

Секретарь вышел, и Эмма преодолела последние футы до стола Марлоу. Она села, поставила портфель у ног и попыталась вспомнить, зачем она здесь.

– Обсудим исправления, милорд? – Она старалась говорить четко и по-деловому, каждой клеточкой тела ощущая открытую дверь в приемную, прекрасно понимая, что секретарь, который сидит сейчас на ее бывшем месте, может услышать их разговор. – Они настолько многочисленны?

– Нет. Почему вы так решили?

Она не стала объяснять ему причину. Не скажешь ведь, что, сидя за пишущей машинкой, она не столько работала, сколько разглядывала книги в красных кожаных обложках и пыталась выбросить из головы Марлоу и его поцелуй.

– Я подумала, вы именно поэтому пожелали встретиться лично.

Он бросил взгляд на открытую дверь, наклонился и прошептал:

– Я пожелал встретиться лично, потому что хотел увидеть вас.

Заклубившаяся в груди радость прорвалась наружу яркой улыбкой.

– О!

Он подвинул к себе стопку бумаг.

– Но раз уж вы спросили, у меня действительно имеется несколько замечаний. – Он начал листать страницы. – Вы слишком затянули с рассказом о ванильном суфле. История шоколада больше похожа на школьный урок. Нужно добавить остроты, образности. Если вам требуется помощь, буду рад оказать вам ее.

Эмма втянула воздух через зубы, и Гарри посмотрел на нее невинным взглядом:

– Что-то не так?

– Нет. – Она откашлялась. – Все хорошо. Что еще?

Он снова посмотрел на листочки:

– Думаю, это все. За исключением того, что в рецепте карамельного соуса вы забыли указать сахар.

– Правда?

Он с улыбкой кивнул:

– Было трудно сосредоточиться, да?

Эмма ни за что на свете не призналась бы в этом.

– Позвольте взглянуть.

Он протянул ей статьи, и Эмма убедилась, что действительно упустила из виду самый важный компонент карамельного соуса. Кроме того, несмотря на все заверения Марлоу, она обнаружила, что ошибка в, рецепте, мягко говоря, далеко не единственная. Листочки были испещрены его исправлениями и замечаниями.

Боже правый, если она и дальше будет витать в облаках, ее писательская карьера окажется под угрозой.

За спиной послышалось деликатное покашливание. Они с Марлоу дружно посмотрели на дверь и увидели Куинна.

– Я закончил на сегодня, сэр, уже шесть вечера, – проговорил секретарь. – Есть еще задания?

– Нет, Куинн, можете идти.

– Хорошо, сэр. Если это все, то я желаю вам доброго вечера. – Секретарь с поклоном удалился, и через несколько секунд Эмма услышала, как хлопнула входная дверь. Они с Марлоу остались наедине.

– Я сегодня же внесу изменения, – поспешно выпалила она, убирая бумаги в портфель. – Вы прочитали мои наброски?

– Да. – Он взял другую стопку листов. – Вполне приемлемо, но я хотел спросить вас об одной вещи. – Он начал перебирать странички. – Подождите минутку, сейчас найду.

Из-под широких полей соломенной шляпы Эмма внимательно наблюдала, как он пытается отыскать нужный листок. Локон темных волос упал на лоб, Гарри машинально убрал его, но волосы вновь выбились из прически. Ей захотелось протянуть руку и потрогать их, покрутить в пальцах.