Щедрость Сэма вызвала в Энни прилив благодарности, который тут же схлынул, стоило ему снова упомянуть о ее несчастной участи.

   — Предлагаете мне приодеться перед казнью? Он смолчал.

   — Что ж, это справедливо. Вы так быстро меня увезли, что я не успела собрать вещи.

   Его темные брови угрожающе сдвинулись.

   — Хватит болтать! Если хочешь, можешь пока умыться.

   Проникаясь к нему все большей ненавистью, Энни подошла к тазу и в первый момент отпрянула, увидев в зеркале свое отражение — чумазое существо в грязной одежде с обожженным солнцем лицом. Застонав, она смочила полотенце и протерла лицо и руки. Холодная вода приятно освежала иссушенную кожу, но в душе ее кипела обида.

   Энни вздохнула. Наверное, она и вправду наговорила лишнего, но ее с детства учили говорить то, что думаешь. Надо отдать ему должное, Сэм избавил ее от ночи в компаниигнусных бандитов, однако его наглость была невыносима. Какая женщина не возмутилась бы на ее месте?

   Она отошла от таза, и Сэм тотчас занял ее место. Не спуская с нее глаз, он принялся смывать грязь с рук и лица. Энни достала из сумки расческу, расплела косу и попыталась вычесать из густых локонов грязь. Подняв голову, она увидела, что охотник за головами уже умылся и продолжает наблюдать за ней. Он не отводил взгляда, пока она протирала лосьоном обветренное лицо, шею и руки.

   Отлично! Ей придется терпеть эту пытку целую ночь. И в то же время она до сих пор трепетала, вспоминая, как нежно он защищал ее во время грозы.

   Энни щелчком закрыла сумку и дерзко взглянула на Сэма.

   — Пойдем, — сказал он.

   — Конечно.

   Сэм провел Энни в маленькую гостиничную столовую на первом этаже. Они прошли мимо накрытого скатертью столика, где за ростбифом с картофельным пюре сидела нарядная пара. Женщина в шелковом платье и шляпке с цветами покосилась на их грязные костюмы. Энни заметила, что мужчина сосредоточенно читает «Роки маунтин ньюс». Прищурившись, она увидела дату и содрогнулась — 15 сентября 1885 года!

   Итак, она права. Какие-то неведомые силы перенесли ее через столетие. Ну что ж, дорогая Энни, добро пожаловать в 1885 год…

   — Что с тобой? — буркнул Сэм.

   Она вскинула бровь.

   — Неужели вы за меня волнуетесь?

   Слегка покраснев, Сэм схватил ее за руку и потащил к угловому столику.

   — Ты побледнела, и я решил, что ты из тех слабонервных дамочек, которые чуть что — хлопаются в обморок.

   — О, не волнуйтесь, мистер Ноубл! Я в хорошей форме и готова идти на казнь, — откликнулась Энни. — Только голодна как волк.

   Так, переругиваясь, они сели за столик. К ним подошла официантка в темном суконном платье, длинном белом фартуке, залитым кофе и мясной подливкой, и несвежем белом чепце.

   — Добрый вечер. Что будете заказывать? — Она говорила в нос, как первые поселенцы.

   Сэм нахмурился и погладил челюсть.

   — Мне кофе, жареный бифштекс и картошку.

   — Хорошо. — Официантка обернулась к Энни. — Вам то же самое, мэм?

   — Я бы предпочла что-нибудь с меньшим содержанием холестерина, — брезгливо поморщилась Энни. — У вас есть рыба?

   Женщина усмехнулась, хлопнув себя по бокам.

   — Милочка, вы что, не знаете, где находитесь? Я что-то не видела, чтобы в здешних ручьях водилась форель.