Ноздри коротышки осуждающе раздувались.

   — Я могу вам чем-то помочь, сэр?

   Сэм скрежетнул зубами. Перед ним стоял тот самый маленький ханжа, который регистрировал их вчера.

   — Да, черт возьми, можете! — прорычал Сэм с интонацией разъяренного быка. — Найдите ключ от наручников. Он должен быть в кармане моих брюк.

   Мужчина даже не шелохнулся. На лице его было написано лицемерное возмущение.

   — А позвольте узнать, сэр, каким образом вы попали в столь щекотливое положение?

   — Не позволю!

   Портье округлил глаза и погрозил Сэму пальцем. Его голос зазвенел от праведного негодования:

   — Напрасно я пустил вас и эту… женщину… в нашу гостиницу. Вы сразу показались мне дикарями-греховодниками. Ясно как Божий день, чем вы здесь занимались.

   — Вот как? И чем же?

   Тонкие губы портье сложились в презрительную ухмылочку.

   — Неужели вы думаете, что я буду говорить о таких нечестивых вещах? Имейте в виду, сэр, что это христианское заведение.

   — А я что же, по-вашему, не христианин? — взревел Сэм. — Или вы воображаете, будто я родился на свет в какой-нибудь первобытной пещере?

   Портье молчал — его просто душило негодование.

   — Ладно, хватит болтать! Найди мне ключ от наручников, да побыстрей!

   — Слушаюсь, сэр. — Метнув на Сэма выразительный взгляд, портье обошел комнату. — Сэр, я не вижу здесь никаких брюк.

   — Проклятие! Наверное, их забрала эта ведьма. Портье надменно обернулся к Сэму.

   — Знаете, что странно? Совсем недавно мальчик-конюх приступил к работе. Так вот, он обнаружил в лошадином корыте мужские брюки.

   — В чертовом лошадином корыте? — заорал Сэм. Портье с достоинством расправил плечи.

   — Нет, сэр. В простом лошадином корыте.

   — Отлично! — усмехнулся Сэм. — Ну и негодяйка! Сию же минуту принесите мне эти брюки и ключ от наручников — или ножовку!

   — Слушаюсь, сэр.

   — Я убью ее, — процедил Сэм сквозь зубы, хватив свободным кулаком по матрасу. — Придушу голыми руками и избавлю судью Райчеса от трудов!

   «У меня получится! Обязательно получится!» — мысленно повторяла Энни. Она галопом скакала по заросшему полынью горному склону к тополям, которые окружали узкий ручей на дне глубокого ущелья. Слава Богу, погода была ясной, если не считать облаков красной пыли, поднимавшихся с тропы. Восходящее солнце окрашивало восточный горизонт в ярко-красные и золотые тона. Пасторальную тишину нарушали лишь топот копыт ее лошади и далекий крик орла.

   Энни не составило труда покинуть Прери-Стамп. Она прокралась в конюшню и, никем не замеченная, оседлала свою лошадь. Однако поездка в темноте по довольно неровной дороге отняла много времени. Она с большой осторожностью продвигалась вперед, боясь, что ее кобылка споткнется или угодит в нору суслика. В конце концов Энни сморила усталость. Она сделала привал и разрешила себе несколько часов поспать.

   Когда рассвело, Энни поехала быстрее. В отличие от Сэма Ноубла она плохо знала местность, но у нее были все шансы добраться до Техаса раньше, чем он ее настигнет.