Росалия чуть улыбнулась.

– Да, теперь и я вижу. Проснулся.

– Значит ли это, что я стану совсем… дикой? – Сандра очень боялась потерять контроль над собой, особенно после пережитого мнимого сумасшествия. Ей казалось, пробуждение зверя может напрочь снести ей рассудок.

– Дикой? – Росалия наклонила голову набок, разглядывая ее своими шоколадными глазами. – Духи подсказывают мне, что ты вкладываешь в это слово нечто ужасное. Неуправляемое.

Сандра кивнула.

Росалия слегка улыбнулась.

– Внутренний зверь нам всем очень нужен. Он инстинктивно помогает нам избежать опасности и подсказывает лучший выход вперед разума. Но это не значит, что ты потеряешь способность рассуждать и думать. Мы ведь с Тео не прыгаем с дикими воплями по веткам деревьев. Это просто еще одна твоя возможность видеть мир. Чувствовать его. Теперь ты видишь проклятие, а раньше не увидела бы. Разве это плохо?

– Но что я могу сделать, чтобы снять его? Ведь ничего, – Сандра от ощущения беспомощности и безысходности глубоко вздохнула.

– Мы пока не знаем. Тео набирается сил для того, чтобы вместе со мной попробовать снять проклятия. И раз ты их тоже видишь, то, думаю, тебе тоже стоит поучаствовать в ритуале. А что касается того, что мы можем сделать, а что нет… Даже мертвая рыба способна плыть по течению. Но для того, чтобы плыть туда, куда хочешь плыть на самом деле, нужно приложить усилия. Ты до сих пор плыла по течению, Сандра. И Амазонка показала тебе, что это не всегда правильный путь. Но только тебе решать, прислушиваться ли к сельве и своему зверю. Я не говорю о том, что этот путь будет легче… но он может быть интереснее и ярче.

Сандра кивнула. Она и так слишком далеко зашла в мистическую сельву и уже давно поглощена ей, как бы ни старалась верить в обратное. Здесь умерла ее прежняя робкая часть, здесь родился ее зверь, здесь она потеряла любовь и нашла животную страсть, здесь она перестала измерять все разумом и стала верить в духов, здесь было много разочарований, но немало и чудесных открытий. Это все дала ей Амазонка – зеленое бескрайнее море, бушевавшее вокруг. Море, которое поглотило ее, но помогало держаться на плаву. Странное безбрежное вечное создание, у которого была своя душа и свое отношение к каждому, кто побывает в ней. Такой она запомнит Амазонку. Так почему бы не довериться этому дикому миру окончательно?

– А тебе не страшно от неизвестности? Ведь мы не знаем, получится ли избавиться от проклятия, и единственный способ проверить это – переступить порог своего дома.

– А мне больше нечего бояться, Сандра. «Страх не возьмет надо мной власть, ему нечего жрать во мне». Когда-то эти слова сказал мне Тео. Но только сейчас я понимаю их полный смысл. В жизни каждого из нас наступает момент, когда встреча со смертью не пугает и не вызывает любопытства. И страх смерти не гложет тебя, потому что ты его больше не прикармливаешь. Кажется, для меня наступил такой момент. Я знаю, что первой переступлю порог дома. И тогда мы узнаем, избавились ли от проклятия. Но пока… нам предстоит попробовать избавиться от него.

– Меня беспокоит Джейк. Хоть он плохо поступил со мной, но если он тоже подцепил проклятие, ему не избавиться от него в одиночку.

– Джейку предстоит возвращение из Маноа, и я думаю, он достаточно умен, чтобы найти дорогу назад, в лагере остались карты, а мы отмечали дорогу, чтобы не только вы, но и он мог вернуться в нашу деревню. Если мы будем живы, я помогу ему избавиться от проклятия, – пообещала Росалия.

– Несмотря на то, что он забрал Рубена в поход? – спросила Сандра. – Ты не обижена на него?

Росалия чуть улыбнулась. Это была горькая, печальная улыбка, словно она знала гораздо больше, чем Сандра, и удивлялась, что гринго все еще пытается жить по законам цивилизации.