– Не тормози, – раздраженно бросила Эмили, когда они пересекали Пелэм-стрит.

– Ты иди, – попросила Ханна. – Я хочу проверить, открыты ли ворота возле корпуса «Клоудс».

– Закрыты, – отрезала Эмили. Она остановилась и внимательно посмотрела на подругу. – Это из-за Невилла? Хочешь, я проверю, сидит ли он в служебке?

– Не стоит, – вяло ответила Ханна. – Тебе придется стучать. И как ты объяснишь, что пошла назад за мной? Ничего, переживу. Даже если он там, что с того? Он же меня не съест.

– Ладно. Только позволь еще раз повторить: незачем менять свою жизнь из-за какого-то типа, когда можно просто пожаловаться администрации. А ты знаешь, что за корпусом «Клоудс» можно перелезть через забор?

– Что? – Ханна обхватила себя руками, стараясь унять дрожь на сильном ветру. Она мерзла на вечернем июльском воздухе даже в шерстяной кофте. – Первый раз слышу. Где? Все стены по два с половиной метра высотой и с шипами.

– Есть место, где можно упереться ногой. Мне Райан показал. Он однажды там перелез, когда забыл свой студбилет и ему было в лом тащиться до главного входа. Хочешь, покажу?

– Да! – воскликнула Ханна с воодушевлением и сразу же почувствовала себя глупо. – Не то чтобы у меня были серьезные проблемы. Я не боюсь ходить мимо служебки. Просто… знаешь… вдруг пригодится.

Эмили бросила на нее взгляд, из которого было ясно, какого она мнения обо всей этой истории с Невиллом, но промолчала. Они без остановки прошли мимо ворот около корпуса «Клоудс», свернули за угол и нырнули в переулок, ведущий к Мидоу – большому полю, примыкавшему к Пелэму, где студенты летом играли в крикет, а в солнечные дни валялись на траве. В этом месте высокая стена, огораживавшая колледж с четырех сторон, была увита плющом и другими ползучими растениями. Эмили осторожно прошла между хилыми деревцами, освещая путь мобильником, и, наконец, остановилась перед участком стены, где плющ рос особенно густо.

– Вот, – указала она. – Видишь? Растения накрывают шипы, как матрас. На этот камень посредине можно поставить ногу и подтянуться.

– На этот? – недоверчиво уточнила Ханна, показывая на камень, торчащий на расстоянии больше метра от земли. – Райан, вероятно, способен здесь перелезть, но я вряд ли. Слишком высоко.

– Да, Райан меня подсаживал. Может, мы найдем здесь какое-нибудь полено. – Эмили принялась искать в кустах, используя телефон как фонарь, и быстро поняла, что затея обречена на провал. – Ладно, отбой. Новый план. Я подсажу тебя, и ты протянешь мне руку, если сумеешь. А если нет, вернусь пешком к главным воротам.

Ханна кивнула. Эмили сложила ладони лодочкой и присела. Ханна перенесла свой вес на сплетенные пальцы, и Эмили изо всех сил толкнула ее вверх.

Ханна ухватилась за верхний край стены и в первый момент решила, что ничего не получится. Старая каменная кладка крошилась, ползучие растения обрывались под пальцами. Но тут левая нога нашла опору – торчащий выступ, о котором говорила Эмили. Ханна подтянулась и, пыхтя, перекинула правую ногу через стену.

– Ой! – крикнула она от боли громче, чем хотела.

– Поранилась? – прошептала снизу Эмили.

– Ничего страшного, – соврала Ханна. Она оцарапала бедро о неприкрытый зеленью шип на стене и почувствовала, как по ноге что-то потекло. На порванных джинсах расплывалось зловещее мокрое пятно. – Кажется, на шип напоролась. Не смертельно, однако новым джинсам конец.