Его угрозам не суждено было сбыться, но меня все равно передернуло.

Элой стоял слишком далеко от меня. Мне нужен лучший прицел. Сердце заколотилось, я тихо пролезла мимо решетки и перекатилась на пол. Лежа на животе, я закрыла глаза и прошептала:

— Тебе будет трудно исполнить это из тюрьмы.

— Я смогу сделать это из тюрьмы, — его голос был уверенным, небрежным. — Хотя, лучше, я сделаю это сам. С превеликим удовольствием.

— Рэйч! — заорал Дженкс, и я перекатилась, пробуждая круг, когда в туннеле прогремел выстрел. Золото моей ауры засветилось в темноте. Копоть ползла по ней, как живая патина, образовывая углубление там, откуда отлетела пуля. Сквозь дымку, в слабом свете моего круга, я увидела Элоя. Он присел с пистолетом, нацеленным на меня — молодого мужчину переполнял страх, ненависть, и неуместное рвение. Запах пороха ударил в меня. За его спиной, с белым лицом дергался Дженкс, прилипший к полу.

— Ублюдочный сукин сын, — выдохнула я, испугавшись за Дженкса. Вытянув руки, я перевела прицел своего пистолета и нажала на курок. Я перекатилась, когда шарик ударился в мой круг и разрушил янтарную волну. Мое сердце забилось в наступившей темноте, но я услышала только, как мужчина с отвращением хрюкнул.

— Noli me tangere, сука, — сказал Элой, и мои зубы сжались.

Не трогай меня?

Я промахнулась?

— Одежда против чар. Думаешь, я бы пошел на дело без нее? Твоя магия бесполезна.

— Ты немного знаешь латинский, — сказала я, мои глаза искали хоть слабый намек на свет, блеск. Одежда против чар не устоит перед повторным нападением. — Удивлена, что в бункерах они научили тебя ему.

Элой усмехнулся, и я переместила прицел выше. Если я попаду в его лицо или руки — он точно отключится.

— Я рос не в лагере, — сказал он, и я подрегулировала свою хватку на пистолете, ладони стали влажными. — Я из очень уважаемой семьи. Как и большинство из нас. Я ходил в лучшие школы, лучше твоей. Поэтому ты проиграешь. Мы умнее тебя. Ты ничего не сможешь сделать с этим.

Его ботинки зашуршали по полу, и я выстрелила на звук, перекатившись, когда его пистолет снова издал хлопок. На меня посыпались кусочки цемента и я стиснула зубы, не желая снова ставить круг и освещать туннель. Дженкс все еще был внизу и беспомощен. Где все, черт возьми? Разве они не ищут Элоя? Подвигав пальцами, я потянулась включить рацию, чтобы позвать на помощь. Но там ничего не было. Мертвая тишина. И я подумала о двух мужчинах, управляющих радио-сигналом. Они были загонщиками или принимающими? Оставили ли они Гленна, когда Элой сбежал, планируя схватить его самостоятельно? Они же не из ЛПСО, да? Будь все проклято до Поворота, но это многое бы объяснило.

— Мы повсюду — на всех уровнях, — злорадствовал Элой, укрепив идею в моей голове.

— Знаешь, как говорят. Книга — умна, улица — глупа, — сказала я, одной рукой отпустив пистолет, мои пальцы полезли внутрь сапога за чарами парализации. — Как твой эльфийский?

— Дженкс! Освети его! — закричала я, затем сунула кончик колышка между зубами.

Это было очень рискованно, но Дженкс просыпал пыльцу, и в слабом свете, я нашла глаза Элоя.

— Смотри на меня, ублюдок! — прошипела я сквозь зубы, а потом дернула амулет, вытаскивая колышек.

Я по-прежнему была подключена к линии, и резко втянула воздух, когда что-то чуждое поднялось во мне, вытягивая линию, как развеваемую ветром ленту сквозь мои синапсы со звуком злого, звенящего смеха.