|
Синкуджи выступала в роли альва: нападала на нас земляными «руками». Мы защищались. Так и магесса смогла лучше понять их технику, и мы отработать разные защитные и атакующие связки. Даже я, пользуясь магией, выдохся полностью. Что уж говорить про неодаренных слуг. Только тивианке было все нипочем – слопала пять порций и завалилась спать. Прочие наемные Семьи приходили на нас поглядеть, некоторые слуги даже просили научить их бороться с альвами. Видимо, как и мы, в первый раз служат на границе с анклавом. Мы охотно принимали их в свою учебную группу. Подключились к нашей компании и бывалые вояки, дали несколько ценных советов. Местные альвы использовали тонкие лианы-копья, что могли пробить слабый магический щит. Еще кислотным соком брызгались, как у нас в Эринее. А вот яда можно не опасаться.
Утро наше начиналось примерно так: «Подъем! Джунгли отступили на сто метров» или «Просыпайтесь салаги! Джунгли продвинулись на пятьдесят метров». В Сунджи росло много желто-лиственных растений, но это не были чистые джунгли. Магический фон не такой большой, чтобы они вытеснили обычный лес и приютили альвов. В каждом селении проводились специальные замеры: как далеко наступили джунгли, если взять за основу прямую от центра анклава до города. Бывало всякое: некоторые анклавы не меняются веками, другие постоянно кочуют за магическим фоном, третьи возникают или исчезают спонтанно прямо в центре новских земель С неделю мы прозанимались, прежде чем поняли, что вряд ли сможем научиться чему-то большему без живого врага. Поэтому вернулись к заработку. В Сунджи даже нов с парой слуг мог освоить огромное поле, нанимая рабочих из пограничников. Нужда в древесине рядом с анклавом огромная. Это и постройка казарм для наемных Семей, и переезд целых поселков дальше от границ с анклавом. Однако предложений масса, и цена на обработанное дерево оставалась мизерной. Восемнадцатого числа второй осени нас погнали в рейд. Пэр Ашикуни возглавил поход в джунгли. Шады остались в городе, поскольку они легко могли нас выдать. Что я могу сказать? Постоянная сырость, грязь, матерящиеся наемники, покрикивающие гвардейцы. Тяжелее всего пришлось Синкуджи. Так-то она тоже владела слабым усилением, но это не мешало ей ругать всех и вся. Слава Творцу, после одной ночевки, мы повернули назад. Воздушные маги поднимались вверх над деревьями, докладывали обстановку. Им удалось разглядеть двух альвов вдалеке. Время летело со скоростью молнии, и вот уже вторая зима полностью вступила в свои права. Иногда шел снег, но долго белый покров не залеживался – слишком тепло. В один из таких гадких дней, когда непонятно – то ли дождь льет, то ли снег валит, случился сильный выброс маны на территории анклава. Впервые в своей жизни я мог наблюдать столь редкое, непередаваемо красивое и смертельно опасное природное явление – огненный штог. Мы постарались забраться на место повыше и словно завороженные наблюдали за разгулом стихии. Фронт начинался всего в нескольких километрах от Сунджи. Алые раскаленные воронки опускались с небес, выжигая джунгли и оставляя после себя лишь дымящиеся угли и смерть. Все вокруг быстро заволокло дымом и пеплом, видимость упала. Слуги Каваси забегали, и мы увидели, как к пэру Ашикуни прискакал всадник на взмыленной лошади. – На Токомияги напало два альва! – громко сообщил нам мужчина, выслушав сообщение. – Все марш к повозкам! Кто не будет участвовать в сражении, оплаты не увидит! А за каждого убитого альва будут бонусы! Некоторые потянулись прочь из города. Именно поэтому отношение к наемникам, служащим вместе с Хозяевами, было прохладным. Тому достаточно приказать не вступать в бой, и слуга не может ослушаться. Другие же наемные слуги-одиночки проходили проверку на отсутствие подобных приказов. Большинство приняло предложение Ашикуни, и устроилось к пригнанным повозкам. Часть путешествовало на своих скакунах. |
