Думал ли он, уничтожая вековую защиту поселка, о самих жителях?

Нет. Даже на мгновение. Ему были безразличны их жизни. Он лишь не хотел, чтобы разработка сумасшедшего начертателя стала известна кому-либо еще. Мастер знал немало людей, которые бы убили всех своих детей ради безопасной и спокойной жизни. А эта девушка умудрялась не замечать зло, творившееся вокруг. Ни разу не упрекнула.

Вот и сейчас она вглядывалась в гущу леса, беспокоясь о своих соплеменниках, не вспоминая о брошенных в нее камнях и словах. Чистое создание.

А Мастер смотрел на нее, на ее распухший нос, на белую полоску кожи между заплетенными прядями волос и не мог отвести глаз. После всех кошмаров, ужасных воспоминаний, внезапно настигнувших его после пяти лет старательного забвения, он наконец почувствовал покой. Покой и теплую нежность к этой хрупкой девушке, которая была с ним, несмотря ни на что.

— Когда мы вернемся в Цай Хонг Ши, я пришлю сватов.

Минь подняла заплаканные глаза и улыбнулась. И последние сомнения Мастера тут же развеялись.

Она коснулась его ладони. И тут же воскликнула:

— Идут! Они идут!