— Работа у тебя…

— Вот. Работа. Что же это за работа под нож лезть, давай разберемся. Так вот. Он человека убил, понял? Хорошего, очень хорошего, старого человека. Он одну девушку, вот вроде твоей Марины, тоже пытался убить, в больнице ее выходили. Он еще одного человека ножом бил, и опять его выходили. Хватит?

— Хватит, — глухо, не поднимая головы, ответил Зарубин.

— Выходит, у меня к нему счет побольше, чем у тебя, Иван. Хотя он меня пальцем не тронул и не тронет. Такая уж моя работа.

— Понятно…

— Не все тебе еще понятно. Я, ведь, думаю и о других людях, Иван, с которыми он может столкнуться, на которых может кинуться. Тут и ты, и Марина, и кто-то еще, другой. Я всех этих людей обязан от него уберечь. Сами они этого сделать не смогут. И ты не сможешь. Он, ведь, еще и хитрый, и поопытней тебя. А я смогу. Я этому обучен. Это моя работа.

— Не позавидуешь, — усмехнулся Зарубин, но в усмешке его проскользнуло какое-то недоверчивое уважение.

— Кто-нибудь, может, и позавидует. Не в том дело. Дело еще и в справедливости. Вот главный закон моей работы, если хочешь знать. Все должны жить спокойно. Все. И ты, и Марина, и другие. Согласен?

— Согласен.

— Вот такая моя работа. И что я тебе напоследок посоветую. Ты пока Марину одну никуда не пускай. Объяснять ничего не надо. Зачем пугать? Но мы с тобой должны его опасаться. И меры принять. Вместе. Тоже согласен?

— Да уж, придется, видно.

— Именно что, — сказал Игорь, незаметно для себя повторяя Цветкова. — А для начала я попрошу посторонних на территорию санатория с сегодняшнего дня не пускать.

— А почему такой шухер наводишь, скажешь им?

— Нет, — решительно тряхнул головой Игорь. — О том только мы с тобой знать будем. Так спокойнее.

— Ну, правильно, — с ноткой облегчения отозвался Зарубин и снова спросил: — А ты еще придешь или как?

— Приду. Завтра. В это же время. Ты меня здесь жди.

— Ладно.

— И еще вот что. Запиши-ка мой телефон. Если меня не будет, то Савчука позови. Или Рощина. Знаешь там таких?

— Нет.

— Люди надежные. И в курсе.

— Мне других надежных не надо. Я тебя знаю.

— Они мне передадут. Пиши номер. Фамилия, повторяю, Откаленко. А зовут Игорь. Это уже для тебя.

— Понятно. Дай-ка ручку. — Зарубин вытащил пачку сигарет и на ней записал номер телефона.

— Не потеряй, гляди.

— Ну!

Они расстались.

Игорь направился к главному зданию санатория.

…В конце дня состоялось короткое совещание у Савченко.

— Шоссе на Симферополь контролируете? — спросил Игорь.

— Обязательно, — ответил Рощин. — Там наши. Получили по телеграфу его фото, размножили, теперь у всех на руках.

— У всех?

— У наших работников. Завтра на разводах вручим каждому постовому, — бодро заверил Рощин. — Никуда он теперь не денется от нас.

— Только бы появился, — вздохнул Игорь.

— Я почему-то был уверен в Зарубине, — сказал Савченко задумчиво. — Видно, правильно вы с ним разговор построили.

— МУР, — многозначительно поднял палец Рощин.