– Значит, контактов бывшей любовницы у вас нет, – повторила я задумчиво. И спросила: – А зовут-то ее как?

В трубке была тишина. Долго, с минуту, наверное. Я поторопила:

– Владислав Семенович, вы же не хотите сказать, что забыли имя женщины, с которой встречались… месяц или около того? В которую, наверное, даже были влюблены?

– Таня, вы не поверите, но и правда… с тех пор столько всего случилось! А звали ее… Лика… или Ника… Вот фамилию я и не знал.

– Где жила ваша Лика или Ника? – с трудом сдержав ехидную усмешку, спросила я.

– И этого тоже не знаю, – грустно проговорил он. – Мы встречались… ну, в кафе, в барах, а потом снимали номер в гостинице… Благо денег у меня достаточно. Интересно все-таки, есть у меня еще один сын или дочка?

Ну надо же! О чем вообще думают эти мужики! У Преснепольского всего несколько дней, как похитили Аришу, а он вдруг вспомнил о ребенке, который мог быть его и который то ли родился, то ли нет. Я завершила разговор с Владиславом и собралась ехать. Но тут снова ожил мой сотовый.

– Алло, – сказала я.

– Тань, это я, Владимир. Что у тебя нового? – поинтересовался Кирьянов.

– Вот только что поговорила с Владиславом Преснепольским. Он мне рассказал о своей пассии, которая забеременела от него. А вот оставила она ребенка или избавилась от него, он, оказывается, не в курсе, – сказала я.

– А Маргарита, его бывшая супруга, знает об этом? – спросил Владимир.

– Думаю, что, скорее всего, нет, не знает, – ответила я и добавила: – То есть о том, что изменял ей, она знает, потому что он сам ей в этом признался. А вот о возможном ребенке – нет. Потому что, во-первых, тогда Маргарита просто не пустила бы его на порог. А во-вторых, ведь Преснепольский и сам наверняка об этом не знает. Правда, его любовница сообщила о своей беременности, как я тебе уже сказала.

– А может быть, Белодворчикова откуда-то сама узнала о беременности пассии? И вот – пожалуйста! Спрятала дочку, чтобы отомстить блудливому мужу! – высказал предположение Владимир.

– Ага! Так отомстила, что сама чуть с балкона не выбросилась! Да и где бы она могла спрятать Аришу? Я съездила и к родителям Маргариты, и к ее свекрам. Мать Белодворчиковой от горя места себе не находит, и это не притворство. Не игра. А свекровь, хотя и не пытается скрыть свое равнодушие к судьбе внучки, но тоже не ее рук дело. Просто она ненавидит Маргариту, потому что считает ее недостойной своего сына. Нет, Володь, месть можно отбросить. По крайней мере, пока. Хотя…

– Ну, что там у тебя еще, Тань? – нетерпеливо спросил Владимир.

– Я только что побывала в квартире старшей сестры матери Маргариты Белодворчиковой и…

Кирьянов меня тут же перебил:

– Это то, о чем я подумал? Тань, побывала там ты, конечно же, нелегально?

– Ну, а как же еще? А попала я в ее квартиру потому, что узнала, что мать Маргариты увела жениха у своей сестры прямо перед ее свадьбой. Понимаешь? Тетка вполне могла отомстить. Я думала, что найду в ее квартире хоть какие-то следы пребывания маленького ребенка, но нет… А вообще, я думаю, что мы так до сих пор топчемся на одном месте. Месть не подходит. Просто некого в этом подозревать. Что еще можно предположить? Разве что появление маньяка, который поставил перед собой цель довести родителей Ариши до крайности. Может быть, он даже и не собирается убивать ребенка и требовать выкуп. А вот понаблюдать за страданиями родителей – для него это как бальзам. Поэтому он и оставил в почтовом ящике записку, а в подъезде – повязку на голову.