– Ну, листок-то подбросили не дома, – возразила я. – Маргарита Григорьевна не могла бы узнать о нем.

– Это так, – кивнул Владислав, – но кто может поручиться, что этот преступник не подкинул еще чего-нибудь дома? Пока я нахожусь на работе. Нет, сегодня я работать точно не смогу.

– Так позвоните своим заместителям и отмените свое присутствие в клинике на сегодня, – предложила я.

– Я так сейчас и сделаю, – сказал Владислав.

Мужчина снова начал набирать номер в своем телефоне. Через минуту он уже давал указания своему заместителю. Потом он отключился и подошел к нам.

– Мой заместитель разбросал пациентов на остальных специалистов, – сказал Владислав.

– Скажите, Владислав Семенович, вам знаком этот паренек? – спросила я.

– Какой паренек? – Преснепольский с недоумением посмотрел на меня.

– Ну как какой? Который приклеил вам листок на стекло машины, – пояснила я.

– А-а, – протянул Владислав, – вон вы про кого. Нет, первый раз его вижу. Да, собственно, и лица-то его разглядеть как следует мне лично не удалось. У него же капюшон ветровки был очень низко надвинут. Почти все лицо закрывал.

– А вы уверены, что это был именно парень? – спросила я.

– А разве нет? – Владислав удивленно взглянул на меня.

– Я вот не уверена на все сто. Вполне возможно, что это была девушка, – высказала я свое предположение.

– Ну… не знаю, что вам ответить.

Я попросила Кирилла еще раз просмотреть этот фрагмент видеозаписи с камеры наблюдения. Теперь я внимательно наблюдала за попавшими в кадр случайными прохожими и проследила их маршрут. Мое внимание привлек щуплый старичок, который выгуливал болонку. В тот момент, когда парнишка, споткнувшись, упал, старичок оказался рядом с ним. Он подал руку пареньку, и тот, ухватившись за нее, поднялся.

Я посмотрела вокруг. Как раз в это время навстречу нам шел тот самый пенсионер. Стало быть, он тут, выгуливая свою собачку, неоднократно проходил по этой территории и должен был запомнить это происшествие. Правда, только в том случае, если с памятью у него все более или менее в порядке. Ну, будем на это надеяться, ничего другого не остается.

– Тань, – сказал Владимир, подойдя ко мне, – мы сейчас с Кириллом едем в Управление, разошлем ориентировки на этого, в коричневой ветровке. Фоторобот необходимо будет составить. Приблизительный, конечно, лица-то, по существу, не видно. Только общие приметы. Да, Преснепольский сказал, что поедет домой.

– Хорошо, Володь, поезжайте. Если будут какие-то новости, сразу мне звони, – попросила я.

– Конечно, Тань.

Кирилл с Владимиром сели в машину и выехали с автостоянки, а я направилась навстречу пенсионеру.

– Здравствуйте, – сказала я, когда мы с ним поравнялись.

– День добрый, – ответил старичок.

– Меня зовут Татьяна, а как к вам можно обращаться? – спросила я.

– А я Михаил Яковлевич, – отрекомендовался пенсионер. – А это мой Тошка.

Михаил Яковлевич наклонился и ласково потрепал болонку, она в ответ лизнула его руку.

– Михаил Яковлевич, вы ведь недавно выгуливали своего Тошку, ведь так? – спросила я.

– Верно. Да я и сейчас его выгуливаю. Мы ведь с ним только недавно вышли. Эх, Тошка, остались мы с тобой одни… Жена моя умерла… – Михаил Яковлевич посмотрел на меня старческими выцветшими глазами, – а я каждый день беру ее фотографию и разговариваю с ней.