Но Вера уже не сердилась. Если мешало — отвлекалась чем-нибудь, а потом научилась ставить психологические «заглушки». Не слышать.

Теперь она редко сердилась. Почти никогда.

3. НЕ БЫВАЕТ НЕСКЛАДЫВАЮЩИХСЯ ЖИЗНЕЙ

В старый киевский двор въехала большая «тойота» цвета слоновой кости и плавно свернула к гаражам, притормозив перед стайкой голубей. Птицы взлетели, и автомобиль бесшумно продолжил движение, красиво вписавшись в поворот между пустой детской площадкой и бомбоубежищем.

Парень за рулем посмотрел в зеркало заднего вида, сдавая «тойоту» назад. Он не давил на газ, вел медленно, хотя и спешил. Надо принять душ, переодеться, привести себя в идеальный вид — и в ресторан. Через час начнут собираться друзья, вручать подарки… Ведь у него сегодня день рождения. Хочется поскорее все увидеть! Интересно, что подарит Светка. Она на него денег не жалеет, тратит с размахом. Конечно, если ты владелица компании и прибыльного бизнеса, торгуешь цементом целыми составами и у тебя есть свой автопарк — можно не экономить. Вот эту классную тачку года четыре назад она ему передала в пользование по доверенности, практически подарила. Приятно такую водить, черт возьми! К роскоши очень быстро привыкаешь.

Он мельком поглядел по сторонам, приближаясь к месту своей стоянки. Обширное пространство между улицами Чкалова и Рейтарской по периметру окружали высокие дома сталинской постройки. Во дворе всегда было тихо. Может, потому он и становился время от времени прибежищем неопознанных личностей. Бомжи ютились в самом углу, под высоким столетним тополем у темной от времени стены, где не было гаражей, зато росла высокая трава и лопухи. Сидели со своими пакетами и рваными сумками, что-то жевали, пили, никому не мешали. Водитель не обратил на них никакого внимания.

Ну вот. Теперь выйти, поставить на сигнализацию и…

Бум! Сзади стукнуло, и в уши сразу ударил крик:

— Ааааа!!!

Парень мгновенно притормозил.

— Вперед! Вперед, падла! Ты ж его раздавил!

Обливаясь колючим потом, водитель проехал вперед два метра, поставил на ручной тормоз и выскочил из машины. Сзади лежала куча тряпья, из которой торчали грязные голые ноги. Рядом с упавшим хватался за голову сгорбленный человек с клочковатой бородой:

— Наехал на Кузю! Ребята, он Кузю нашего раздавил!..

«Как?! Ведь никого сзади не было, я бы увидел!» — подумал парень и в ужасе подбежал к травмированному. Скорее помочь! Но бородач загородил его собой, выкрикивая что-то неразборчиво-агрессивное.

Через мгновение машину окружили человек пять. Горе-водитель увидел в руке одного из этих типов здоровенную палку и тут же попятился. Он еще ничего не осознал — только складывал в затуманенной голове какие-то слова: что надо вызвать «скорую», оказать первую помощь и вообще проверить, дышит ли их товарищ… Он и об отвращении своем как-то забыл, хотя от них тошнотворно воняло даже на расстоянии нескольких шагов.

Но не только сказать, додумать виновник происшествия ничего не успел. Раздались крики:

— Бля!.. Сука!..

— Что хотят, то и делают!

— Убийца! Фашист!..

И на его машину, на гордую красавицу «тойоту» обрушились удары.

Били палкой и обломком кирпича, бутылками и тележкой на колесиках. Хрустнуло и осыпалось лобовое стекло, жалобно скрипнул металл багажника. Бомжи и не собирались помогать пострадавшему — они были охвачены жаждой мести, входя во все больший раж.

Броситься на них, разогнать взбесившихся бездомных парню и в голову не пришло.