Луисез и Санкартье не знали, что их ждет в кабинете Лалиберте.

– Босс вот‑вот взорвется, – шепотом сказала Луисез.

– Ругается, как черт, с самого утра, – с ухмылкой ответил Санкартье.

– Тебя это забавляет?

– Что меня действительно забавляет, Берта, так это то, что Адамберг нас «сделал». Он здорово насолил Лалиберте.

– Рада, что тебе весело, но мы сейчас огребем по полной программе.

– Мы не виноваты, Берта, мы сделали все, что могли. Хочешь, я возьму разговор на себя? Я не боюсь.

Стоя посреди кабинета, Лалиберте отдавал по телефону приказы: разослать фото подозреваемого, перекрыть дороги, установить посты во всех аэропортах.

– Ну? – закричал он, бросив трубку. – Где вы были?

– Мы обыскали весь парк, суперинтендант, – сообщил Санкартье. – Что, если он шел пешком и что‑то случилось? Он мог встретить медведя.

Суперинтендант рывком повернулся к сержанту.

– Ты рехнулся, Санкартье! Ты разве не понял, что он сбежал?

– Мы не уверены. Он собирался вернуться. Он человек слова, он прислал нам все, что собрал на судью.

Лалиберте стукнул кулаком по столу.

– Его сказки ничего не стоят! Вот, взгляни. – Он протянул Санкартье листок. – Его убийца умер шестнадцать лет назад! Можешь этим подтереться.

Санкартье не удивился дате смерти судьи.

– Возможно, существует имитатор, – мягко сказал он. – История про вилы была логичной.

– Это седая древность! Он нас поимел, так‑то вот.

– Мне не показалось, что он лжет.

– Если так, все обстоит еще хуже. Значит, у него с головой совсем плохо, слетел с катушек.

– Не согласен, сэр.

– Это просто курам на смех, Санкартье. В его истории нет ни слова правды, все вымысел – от и до.

– Но он ведь не придумал эти убийства.

– Сержант, ты уже несколько дней пытаешься усидеть на двух стульях, – сказал Лалиберте, жестом предложив Санкартье сесть. – У меня кончается терпение. Слушай и включи мозги. В тот вечер Адамберг мечтал о «зеленом змие», так? Он столько принял на грудь, что был пьян как свинья. Выйдя из «Шлюза», еле ноги волочил и не мог выговорить ни слова. Бармен именно так и сказал. Правильно?

– Правильно.

– Он был агрессивен. «Если копы подойдут, я тебя проткну». Я тебя проткну, Санкартье, тебе это ничего не напоминает? В смысле орудия преступления?

Санкартье согласился.

– У них с блондинкой была любовь. А она ходила на тропу. Правильно?

– Правильно.

– Может, ока его бросила, а он был ревнив и сорвался. Такое возможно?

– Да, – согласился Санкартье.

– Моя версия: она вешала ему лапшу на уши насчет беременности. Может, хотела заставить жениться. И это плохо кончилось. Он не натыкался на ветку, Санкартье, он дрался с девушкой.

– Мы даже не знаем, встретились они или нет.

– Что ты пытаешься доказать?

– Я всего лишь сказал, что пока у нас нет доказательств.

– Мне надоела твоя упертость, Санкартье. Доказательств полно! В том числе его отпечатки на ремне!

– А если он оставил их до того? Они ведь были знакомы.

– Сержант, тебя что, заклинило? Она только что купила этот ремень. На тропе он внезапно увидел девушку. У него съехала крыша, и он ее убил.

– Понимаю, суперинтендант, но не могу в это поверить. Адамберг и убийство? Нет, невозможно.