— Угу. — В тот момент сказать что-то еще я была просто не в состоянии.

Лика светски улыбнулась и встала, всем своим видом намекая, что мне пора сделать то же самое.

И всего несколько минут спустя я уже стояла за воротами, пятясь от напирающих репортеров. Ключ, которым я пользовалась все эти годы, остался лежать на столике в холле, слуги помогли справиться с чемоданами. Собственно, они и мешали мне сейчас удрать. Не слуги, чемоданы. Их было аж семь штук. Самой теперь не верится, что когда-то я пришла в дом Одингов всего с одной сумкой.

Столько мне самой при всем желании не унести…

Вспышки ослепляли.

Один за другим звучали вопросы, но я не могла вникнуть в суть, такое опустошение затопило разум.

Так и стояла, втянув голову в плечи, поджав пальцы, которые противно холодили скользкие от мелкого дождика камни мостовой. Без единой связной мысли. Разве что… Не мешало бы обуться. Но я не знаю, в каком именно чемодане обувь, а ворошить все сейчас не самое подходящее время. И без того в завтрашних газетах появятся весьма живописные фото. И материал, подозреваю, им не уступит.

Автомобиль! Сама не знаю, как увидела его за этой толпой, но факт остается фактом. Сано Аржис до сих пор не уехал.

Привстав на цыпочки, я сумела разглядеть, что хозяин новомодной штуки вышел и трясет за грудки одного из репортеров. Может, окликнуть его? Мне как воздух нужна помощь, а унизительнее, чем уже есть, от этого вряд ли станет…

Но судьба уже развернулась ко мне другой стороной.

И пока я определялась, Аржис сам заметил меня, запрыгнул на водительское место, подъехал ближе, посигналил, разгоняя шумную толпу. Наиболее нахрапистый и наименее проворный лишились камер, кто-то вскрикнул и выругался.

— Переезжаешь? — Улыбка могла бы считаться обаятельной, если бы не страшные шрамы.

Я судорожно закивала.

Словно во сне, чемоданы оказались в машине. В специальное отделение все не влезли, три заняли заднее сиденье. А я опомниться не успела, как оказалась на уже знакомом месте рядом с водителем.

Мотор радостно заурчал. Аржис сдал назад, посигналил и стал разворачиваться.

Вспышки камер расцветили ночную улицу большими звездами.

— Теперь напишут, что ты перебралась ко мне, — усмехнулся Аржис, когда репортеры остались далеко позади.

Ответом ему стало безразличное молчание, я даже плечами не пожала. Вообще ощущала себя крайне странно. Не было ни слез, ни истерики, ни даже глубоких обид. Только четкое осознание, что вся прежняя, тщательно выстраиваемая жизнь рухнула в один миг. И еще воспоминание о том, что, пока Лика тонко избавлялась от меня, Гиль не проронил ни слова. Вот это, пожалуй, неприятнее всего.

— Надеюсь, у тебя из-за этого не будет неприятностей? — все никак не мог угомониться мой нечаянный спаситель. — Ну, с твоим следователем?

Я вздрогнула и наконец сфокусировала взгляд на мужчине, уверенно управляющем громоздким автомобилем.

— Он не мой, — и независимо вздернула подбородок, хотя в моем положении это смотрелось, наверное, забавно.

— В самом деле? — недоверчиво переспросил Аржис, внимательно следя за пустой в этот час дорогой.

Злость опалила кожу волной горячих мурашек.

— Да хватит уже! — не сдержалась я. — Между мной и Дегейром никогда ничего не было, нет и не будет! Ясно?!

И затихла, пришибленная собственной вспышкой.

Надеюсь, ему не взбредет в голову высадить меня посреди улицы?

Однако Аржис реагировал спокойно:

— Хорошо. — Он кивнул и усмехнулся с видом человека, который только что выяснил, что хотел. — Не надо так нервничать, куколка.

Я закатила глаза и нарочито медленно досчитала до десяти.