Дегейр уже успел отойти, когда я поймала на себе задумчивый взгляд Виктории. Оценивающий какой-то. Как если бы я была не жертвой, а обвиняемой. Хм. Неприятно. Похоже, как раз она поставила на мне крест. Или как раз сейчас подумывает это сделать.

Но почему? Догадалась, что я теперь бесполезна? Или еще что-то?

Я как раз придумывала, как бы это выяснить, но мне помешали.

— Как ты себя чувствуешь? — прозвучал участливый голос, а в следующую секунду диванчик просел под весом Алисии.

Быстрый взгляд метнулся в другой конец гостиной, где Гиль утешал рыдающую сестру, и я подозрительно осведомилась:

— С чего вдруг вы озаботились моим состоянием, вместо того чтобы утирать слезы Лике? — Да, грубовато. Но после всего случившегося и того, как поступили со мной Одинги, мне простительно.

Очевидно, покровительница бывшего жениха считала так же, потому что на ее губах возникла снисходительная улыбка.

— Она давно успокоилась и сейчас просто привлекает к себе внимание, — поразила наблюдательностью пожилая дама. — Ты же могла пострадать на самом деле.

Укол совести был слабый, но вполне ощутимый. Уголки моих губ виновато дрогнули.

— Жить буду. Просто испугалась сильно.

Ее улыбка стала теплее и, что важнее, отразилась в глазах.

— С самого начала я говорила Лике, что навязывать Гилю другую глупо, — покачала головой госпожа Рамонара. — Но она настырна, как ночной кошмар, а у бедного мальчика не хватает воли, чтобы приструнить сестру.

О! Неожиданные речи. Даже если учесть, что «бедному мальчику» уже хорошо за тридцать.

Стало любопытно:

— Вы настолько посвящены в их отношения? — Эти двое всегда были достаточно скрытными, даже я, живя с ними в одном доме, не сразу разобралась, что к чему.

Странная особа негромко рассмеялась.

— Гиль мне все-все рассказывает!

— Правда? — Поверить все еще было нелегко.

— Конечно, я же его психотерапевт, — важно кивнула пожилая дама, отчего ее высокая прическа забавно качнулась. — Душевный поверенный. В моей работе открытость пациента — обязательное условие.

Ясно, еще одно новое веяние. Никогда этого не понимала.

— Неужели люди охотно откровенничают? — Я бы точно не стала!

— Больше скажу, они еще и платят за это. — Вид у меня, наверное, был ошарашенный, потому что Алисия еще больше развеселилась. — И неплохо.

— Безумцы, — искренне выдохнула я.

Но должна признать, деятельность у нее интересная. Хотя хранить тайны богатейших семей города, еще и советы им наверняка давать, как по мне, слишком большая ответственность!

Поделиться внезапно возникшими соображениями помешал подошедший Сано.

— Все, можем отправляться домой.

Шумный вздох вырвался сам собой. Наконец эта безумная ночь закончится!

— Если захочешь поговорить, двери моего кабинета открыты для тебя. — Прямо скажем, Алисия выбрала странный способ попрощаться.

Может, она и не подразумевала ничего такого, но я углядела в ее словах попытку вторгнуться в личное и невольно напряглась.

— Благодарю, но я не из тех, кто делится сокровенным. — Между прочим, чистая правда!

— Просто имей в виду, — доброжелательно склонила голову пожилая дама. — Тебе досталось в последнее время.

Я кивнула, просто чтобы как-то прекратить разговор, и приготовилась встать, но… не сложилось. Прежде чем я успела хотя бы шевельнуться, Сано подхватил меня на руки и понес к выходу.

— Что ты делаешь?! — Получилось чересчур громко и пронзительно.