- Так ты говоришь, что людям ничего не угрожает? — поинтересовался Ром, снова иронично изогнув бровь и прижав ладонь к обожженной щеке.

С ужасом, растущим по мере распространения огня по кухне, я подбежала к раковине и набрала чашку воды. Затем вылила её на языки пламени и повторила эти действия еще несколько раз. Не помогло.

Ром догадался начать тушить пожар с помощью огнетушителя. Он, конечно же, справился с пожаром, но ничего нельзя было поделать с унижением, которое я испытывала в этот момент. Боже, я действительно представляю собой угрозу для людей. Я опасна для окружающих. Возможно, Ром и его агентство правильно делают, пытаясь меня изолировать. Воздух наполнился едким запахом горелой краски. Черные клубы дыма стали подниматься к потолку, заставляя меня кашлять.

Отставив в сторону огнетушитель, Ром подпрыгнул и успел сорвать с потолка детектор противопожарной сигнализации до того, как он успел сработать. Он бросил детектор в раковину и многозначительно посмотрел на меня.

- Все еще думаешь, что мир в полной безопасности от тебя? — жестко спросил он.

- Нет, — я ответила уныло. — Я и впрямь выродок какой-то.

- Но ты очень симпатичный выродок. Меня не будет не больше часа, о’кей? Постарайся контролировать себя все это время.

- Хорошо, — мои плечи поникли. Я могла запросто убить Рома, могла сжечь его заживо. Мне хотелось убежать от него — ведь хотелось же? — но я не собиралась уничтожать его. Он даже толком ни разу не причинил мне серьезного вреда.

Ром тихонько вздохнул и в следующее мгновение взял мое лицо в свои ладони, заставлять поднять голову и встреться с ним взглядом. Ощущение его пальцев на моей коже было просто великолепным. Они были грубыми и шершавыми, но при этом чрезвычайно возбуждающими. Такие чувственные. Теплые и сильные. Но наиболее удивительным было то, что они словно успокаивали меня. По моему телу пробежала легкая дрожь. Теплое покалывание от его пальцев просочилось под мою кожу и, казалось, достигло каждого нервного окончания в моем теле.

- Белл, — нежным, как и его прикосновение, голосом, произнес он.

Я медленно подняла на него свой взгляд.

Он наклонился ко мне. Дыхание застряло где-то в моем горле, обжигая легкие.

У меня была возможность воспротивиться и отвернуться, когда его губы приблизились к моим, но я не сделала ни того, ни другого. Просто не смогла, потому что внезапно я всем своим существом страстно захотела, чтоб он поцеловал меня. Ром был опасным и волнующим, а, судя по последним событиям, у меня могло просто не быть никакого «завтра». Я даже не представляла себе, что со мной будет в течение следующего часа. Так что я позволю себе испытать это удовольствие без особой вины. Не колеблясь. Не останавливаясь. Я буду смаковать его, наслаждаться каждой секундой, и не важно, что это может плохо для меня закончиться. Очень вероятно, что это станет последним хорошим событием, которое произойдет в моей жизни.

Ром слегка коснулся моих губ своими один раз, потом второй. Возможно, он намеревался на этом и остановиться — на коротком невинном прикосновении, но я не позволила ему так поступить. В ответ я приоткрыла рот и провела языком по его губам.

Этого хватило, чтобы рухнули все преграды. Для нас обоих. Больше никакой истомы. Никакой нежности. Только необузданная страсть. Тихо застонав, Ром взял инициативу в свои руки. Его язык ворвался в мой рот, проникая глубоко и властно, требуя полного подчинения.

Он склонил голову в сторону, углубляя поцелуй. Его пальцы запутались в моих волосах, крепко сжав их. У него был вкус сексуального зрелого мужчины. И еще в нем ощущалось что-то чистое и почти невинное. Это было очень соблазнительно. Я не могла дать этому ощущению точное описание, я только знала наверняка, что это было не сравнимо ни с чем, что я когда-либо испытывала в жизни.