Изменить размер шрифта - +
А пока, напишите рапорт на моё имя, как члена Совета Обороны. Пусть ему товарищ Игнатов сам бубенцы оторвёт.

Когда Никита и его странный кошкочеловек ушли, девушки переглянулись.

— Ну при личном контакте, он производит сильное впечатление. — Призналась Вера. — Монолитный мужчина. Сколько ему, говоришь?

— Восемнадцать будет этим летом. Спокойно ответила Нина. — Но ты учти, что у него последний измеренный коэффициент интеллекта — что-то около двухсот. Двести десять что ли. А с такими мозгами, вся подростковая муть, просто не заводится. И он конечно видит всех нас насквозь, так что лучше не врать. Просто в один момент, окажешься на обочине, а его паровоз скроется вдали.

— А ты с ним…

— Да. — Нина мечтательно улыбнулась. — С этого мы начали. И он очень хорош. Силён как бык, а нежен, словно мальчишка. Но, сразу предупредил, чтобы я не вздумала его ревновать, и вообще выяснять отношения. Это тоже часть договора. Так что, если решите с ним упасть в койку, помните об этом. Ну и будьте готовы закрыть его своим телом, если всё пойдёт по плохому сценарию. Сейчас Никита Анатольевич, самый важный человек для страны, куда важнее чем весь Совет Обороны.

 

Глава 20

 

Третьего апреля, в Москве открылся конгресс медицинских работников Советского Союза. Сотни врачей, со всех краёв нашей необъятной родины слетелись в Москву, чтобы обменяться опытом, и заняться организационными вопросами в рамках создаваемого Врачебного Совета СССР.

В зале съездов сегодня цвет нашей медицины. Заслуженные академики — учёные разрабатывающие новые методы лечения, администраторы медицины — административные работники, занимающиеся ежедневной работой по оирганизации деятельности медицинских учреждений всех уровней, и больше всего врачей. Медработников, непосредственно оказывающих помощь больным.

Первому словно предоставляется товарищу Косыгину, который читает поздравление конгрессу от Верховного Совета, и наказ, беречь жизни и здоровье Советских людей.

Следом выступает президент академии Медицинских наук, академик АН СССР, Николай Николаевич Блохин. В своей речи, видный учёный подчеркнул важность внедрения в практику эфиромедицину, как метод доказавший свою прорывную эффективность. Он же выступил с предложением принятия в члены академии медицинских наук, товарища Калашникова, за вклад в оздоровление граждан страны, и медицинскую науку, поставляя новые, препараты, мощно продвигающие исследования в фармакологии.

Всеобщие аплодисменты, переходящие в овацию. Зал встаёт.

Правда 4 апреля 1982 года.

 

Урго работал с калькулятором статов и навыков, быстро листая страницы справочников, пособий, и руководств. За триста лет его рабства кое-что всё-таки изменилось. Где-то чуть сдвинулись подходы, к формированию атакующих и защитных комплексов, где-то появились мощные зелья, компенсирующие недостаток навыков, и конечно оружие. Теперь появились клинки с огромным поражающим фактором, доступные уже на двадцатых уровнях. Да, тяжёлые, некоторые образцы доходили до полусотни и более килограмм, но при хорошо прокачанной физике, это не становилось проблемой. Ещё очень существенно вырос удельный вес техноэфирных приборов, и имплантируемых расширений, выстраивающихся непосредственно в организм. У его нового ученика один такой стоял. Формирователь пси-источника, который в свою очередь, позволял работать с энергией пси. Редкая и очень полезная штуковина, поднимавшая устойчивость к этому типу воздействия выше теоретического максимума, и дающая ряд ценнейших узоров недоступных обычным эфирным школам.

Отличный ун хор алтанийского производства, высвечивал одновременно до двух десятков виртуальных экранов, с тактильным откликом, и тонкие иглообразные кончики когтей расы урго, идеально соответствовали этой работе.

Быстрый переход