Присутствующие в ресторане кавказцы привстали с мест, чтобы разглядеть такое чудо, и даже космонавты, давно и удачно женатые с удовольствием смотрели на даму.

— Вы же Никита Калашников? — Спросила девица, и в её голосе словно прозвучала мольба. Она даже приложила ладошки к высокой груди.

— Нет. — Никита качнул головой. — Я Иванов Пётр Петрович, сотрудник Академии Наук. — Никита задумчиво окинул даму взглядом. — Прошу простить, но мне нельзя разговаривать с посторонними.

Глава 5

К новой экранизации романа «Трудно быть богом» братьев Стругацких, приступает известный кинорежиссёр Никита Михалков. На площадке Мосфильма уже строят декорации, Арканара, где происходит действие романа. Роль Максима Камерера будет исполнять Алексей Борисович Штурмин — известный спортсмен и мастер боевых искусств. Также в кинопробах участвуют Лия Нинидзе, Наталья Трубникова, Владимир Высоцкий, Олег Янковский, и многие другие знаменитые актёры.

— Как мне кажется настало время взглянуть на проблему контакта между цивилизациями под новым углом, пояснил в разговоре с нами Никита Михалков. Мы снимаем фильм не по книге, а по сценарию, написанному Аркадием и Борисом Стругацкими, специально для этого кинопроекта. В фильме будет две серии и полностью его покажут на экранах телевизоров, а для кинотеатров мы подготовим укороченную версию, на два часа экранного времени.

Искусство Кино, 5 июля 1981 года.

Дама стояла, пытаясь разрешить возникшее противоречие, а Никита с улыбкой пояснил космонавтам.

— Вот товарищи, обратите внимание на гражданочку. Это и есть характерный случай отказа логического устройства в осуществлении операции, из-за конфликта входящих данных. Устройство пытается поделить на ноль, а питающие цепи, не выдерживают перегрузки.

— Это ты! — Девица ткнула ярко-розовым коготком в Никиту, и лицо её исказилось гримасой гнева.

— Мы уже на «ты», сударыня? — Калашников покачал головой и подняв руку, привлёк внимание метрдотеля. — Товарищ…

— Никол Вазгенович. — Сразу подошёл полноватый мужчина в тёмном костюме и белоснежной рубахе, с достоинством поклонился, и вопросительно посмотрел на Никиту.

— Никол Вазгенович, а у вас так принято, что какие-то люди мешают отдыхать гражданам в свой законный отпуск?

— Девушка, — Распорядитель зала повернулся к девице. — Или присядьте за свободный столик, и сделайте заказ, или покиньте ресторан. Здесь не место для скандалов и ругани, даже если вы испытываете к кому-то неодолимую неприязнь.

В ответ девица молча развернулась на каблуках, и вышла из зала, покачивая телом, а космонавты с вопросом посмотрели на Никиту.

— Ну примитивная же комбинация. — Калашников ухмыльнулся. — Типа я сейчас растаю, и побегу за ней словно собачка.

— Удивительно что ты не сорвался. — Прокомментировал Пацаев.

— Мне вера не позволяет. — Никита поднял бокал с лимонадом и сделал большой глоток.

— Какая вера? — Удивился Виктор Савиных.

— В торжество разума над бренной плотью. — Сидящие за столом рассмеялись.

— Ну а если серьёзно. — Не отставал Пацаев. — Ты же совсем молодой парень, да ещё неженатый…

— А чего вдруг я должен кидаться на всех девчонок? — Удивился Никита. — Ну допустим, видите вы такую неземную красоту. Всё при ней, ухожена, хорошо одета и пахнет призывно. А что там у неё внутри? Может она стерва, каких мало, дура, да или просто имеет букет болезней, среди которых венерические — самые безопасные? Скрытых дефектов в человеке столько что можно издавать отдельным томом.