– Кир, – тихо сказала она. – Мы не одни.

– Что? – Он открыл глаза. На лице его появилось удивление, потом он яростно выругался на непонятном ей языке.

– Как они меня провели… Я должен был догадаться. Они меня обманули так же, как я обманывал черных жрецов. – Он повесил лук на плечо и передвинул колчан за спину. Люди тем временем окружили их, остановившись в паре метров. Среди них были и женщины, открытая грудь которых смущала Илу.

Кир невозмутимо, скрестив руки на груди, разглядывал дикарей. Из окружающей их толпы вышел человек, крепкий и высокий. Он подошел к Киру и, гневно оскалив зубы, показал рукой в сторону города.

В руке его был зажат странный нож, похожий на огромный коготь, изогнутое лезвие которого заточено с двух сторон. Такое же оружие было и у других дикарей.

– Идем, они хотят, чтобы мы шли в город, – сказал Кир. – Пока будем делать все, что они приказывают.

– Я боюсь их, – сказала Ила.

– Ты же говорила, что ничего не боишься со мной, – Кир был насторожен и как‑то странно спокоен. – Помни, мы уйдем отсюда живыми, – Неожиданно он засмеялся и добавил: – Теперь ты сама видишь, как сбываются мои видения.

Они продолжили путь. Дикари шли рядом, окружив их. От обнаженных тел резко и неприятно пахло. Ила испуганно жалась к Киру, шарахаясь от женщин‑дикарок, подталкивающих ее вперед.

Город вырастал перед ними. Многие каменные здания были разрушены временем, выпавшие из высоких стен камни лежали грудами на мостовой, и они были вынуждены петлять, обходя их. Потом вышли на широкую мощеную улицу, в конце которой стояло высокое здание, похожее на храм, куда, видимо, они и направлялись. Дикари открыли огромные створки дверей, и путники вошли внутрь.

В просторном огромном помещении было на удивление чисто, посередине стоял алтарь, около которого сидели дикари на древесных стволах, принесенных из‑за города.

Храм заинтересовал Кира. Он вертел головой, рассматривая огромные скульптуры, стоящие около алтаря и изображающие людей с головами волков. Пальцы заканчивались большими когтями, ножи дикарей повторяли своей формой эти когти.

На возвышении рядом с алтарем сидел высокий крупный человек в набедренной повязке с наброшенной на голые плечи облезлой волчьей шкурой.

– Кто вы? – неожиданно спросил он на понятном им языке, внимательно рассматривая Кира и Илу, подведенных почти вплотную к алтарю. Особое внимание он обратил на Илу. Глаза, показалось ей, раздели ее догола и, осмотрев все, вернули одежду на место. Ее передернуло от брезгливости и возмущения. Потом глаза вождя осмотрели Кира, и улыбка появилась у него на губах.

– Кто вы, пришедшие на землю людей‑волков? Давно никто не приходил к нам, а те, что приходили когда‑то, стали славной дичью для охоты волков. – Вождь оскалил зубы в довольной усмешке, показав белые острые клыки. Дикари вокруг радостно завопили. Вождь подождал, пока стихнут вопли, и продолжил: – А женщина станет славной самкой и родит сильных крепких волчат.

Толпа дикарей опять радостно взревела. Ила испуганно прижалась к Киру. Тот спокойно стоял, рассматривая вожака. Толпа умолкла, ожидая ответа. Кир хладнокровно выдержал паузу и ответил:

– Эта самка моя. Тот, кто захочет взять ее, будет драться со мной.

Вожак рассмеялся:

– Ты – волк? В лучшем случае ты – смелый человек, и ни один из стаи не будет драться с тобой. Мы не деремся с людьми из‑за самок, мы охотимся на них, и после славной охоты едим нежное человеческое мясо.

Толпа опять взревела и приблизилась к ним. Ила снова почувствовала запах немытых разгоряченных тел.

– В худшем случае, – продолжил вождь, – ты – глупец, тогда мы не будем есть твой мозг, чтобы не стать такими же глупыми, как и ты.