— Не проблема. Мои другие обязательства решились сами собой, поэтому у меня появилось свободное время. — Красная, как истинная породистая кобылка, почувствовала мой дискомфорт и склонила голову набок. Трент сможет на ней скакать, а я думаю, нет. Я знала свои пределы.

— Могу я спросить кое-что?

Мои сигнальные флажки взмыли вверх, когда мужчина вошел в стойло. Красная отступила назад, и я вместе с ней. Я уже встречала наделенных властью мужчин, которые считали, что они выше закона по какому-нибудь праву вроде рождения, пола или позиции занимаемой в обществе, и что-то в тоне Лендона подсказало мне, что он собирается спросить о том, что его совершенно не касается, чтобы впоследствии чувствовать себя вправе оскорбиться, когда я откажусь отвечать на его вопрос. «Фу как мерзко», — подумала я, но затем обуздала свои эмоции. Я ведь уже не в старшей школе, и он не Боб, Джозеф или Мэтью.

— Конечно.

Но мне не нравилось, как Красная вскидывает голову, будто предупреждая его не приближаться.

— Ты регулярно видишься с демонами? — спросил он, обойдя лошадь и став там, где недавно стоял Трент. Наши взгляды встретились, и его улыбка стала казаться хищным оскалом. — Я спрашиваю лишь потому, что на твоей ауре больше сажи, чем у любого свободного человека, которого я видел.

Да неужели?

— Хотя это совсем не твое дело, знай, я занимаюсь, стараясь набраться опыта, как и все остальные. И это оставляет следы.

— Хм-м. — Я отложила щетку и посмотрела на него. — Значит, ты открыто признаешь, что регулярно практикуешь черную магию.

Он что серьезно? Меня глубоко оскорбил его выпад, но я лишь молча проверила подседельную подкладку Красной на наличие палочек и сучков. На ней ничего не было.

— Да, — наконец произнесла я, потому что об этом и так все знали. — Я регулярно вижусь с Алом. Он демон. Порой мы изучаем проклятья, но не одно из них не черное. — Ну почти.

— Проклятья черные по определению.

— Значит определение не верно и создано оно пугливыми мужчинами и женщинами, которые верят слухам, а не фактам. — Я раздраженно опустила седло на спину кобылы. Этот вес был ей знаком, и она привычно глубоко выдохнула, когда седло легло на нее. Она ерзала от нетерпения, и я не стала затягивать подпругу, решив закончить позднее.

Я знала, что Ландон прекрасно понял мое «заткнись и отвали» поведение, но когда я взглянула на него, то заметила еще один вопрос в его взгляде.

— Значит, ты признаешь, что добровольно решила обучаться черной магии?

Разозлившись, я резко схватила уздечку Красной.

— Нет. Не признаю. Отойди, ты мне мешаешь.

Он отодвинулся, но не настолько далеко как мне бы хотелось, и я постаралась успокоиться, чтобы не передать свой гнев лошади. Кобыла привычно закусила удила, и когда Ландон потянулся к уздечке, я отдернула руку, чтобы мы не коснулись друг друга.

— Твоя аура сплошь покрыта сажей. И мистиков тянет к ней, ведь от них ее не скрыть. Ты врешь, говоря, что не пользуешься черной магией.

Я отпрянула от него, взглядом дав понять, чтоб не смел приближаться, и продолжила застегивать упряжь.

— И ты пачкаешь своей сажей Трента, — продолжил он, нахмурив брови. — Когда ты последний раз плела черное проклятье, Морган?

Я раздраженно глянула на Ландона.

— Сажа всего лишь дисбаланс, а не метка дьявола. Большинство демонских заклятий оставляет сажу, но, несмотря на это, не вся демонская магия черная, и если бы вы, кучка святых фанатиков, вытащили свои головы из задниц и всерьез задумались, вы бы сами это поняли!

Ландон протянул вперед руку, когда я двинулась перекинуть поводья поверх головы Красной, и я ошарашено замерла, когда в меня впилась струйка Безвременья, на секунду окутавшая меня туманной дымкой, будто второй кожей.