На этот раз он посмотрел на меня, и глубина его душевной боли заставила меня замереть. — Твой ум изобрел причину, — сказал он тихо. — Мистики — это ложь, объясняющая болезнь. Психоз.

Глаза Ала метнулись к Тренту.

— Твоя дикая магия свела ее с ума, и ты будешь смотреть, как она умирает медленной, бессмысленной, ничего не стоящей смертью. Я не буду принимать в этом участия.

Психоз? Он думал, что я это выдумала?

— Мистики реальны! — возразила я, ощущая, как они поднимаются во мне. — Ты можешь увидеть их, записать. Я это не придумала! Вещи, что я могу делать. Вещи, что я вижу. Объясни это!

Ал выглядел измученным, переводя свой взгляд на меня.

— Ах, энергия реальна. Ты можешь собрать ее. Использовать. Голоса — нет.

Трент задрожал от злости.

— Ты ничего не сделаешь?

— Ты что, не понимаешь? Тут нечего вытаскивать! — заорал Ал.

Мое сердце заколотилось у меня в груди, и я испугалась, когда Ал снова посмотрел на меня, его крупные руки раскрывались и сжимались. Я помнила ощущение от них на своем горле, и шагнула назад.

— Но я могу помочь ей покончить с этим, — произнес Ал, и я попятилась еще дальше. — Закончить эту пародию. Нам не нужна еще одна Тритон.

Он собирался убить меня.

— Ал! — воскликнула я, пятясь, но он взял меня за горло.

— Прочь, — прорычал он, выбрасывая руку в сторону Трента, и его отбросило на тротуар; лицо Трента было пепельным в лунном свете, когда он поднялся на ноги.

Мистики поднялись словно рой пчел. Трент видел их. Ал почувствовал их и его выражение стало еще более раздраженным. Они требовали действия, чтобы я свалила демона с ног, уничтожила его одним словом. Я знала, что могу это сделать, но не стала. Я заставила их упасть у наших ног, как пыль, вися в мягкой хватке Ала вокруг моего горла.

— Ты могла бы иметь все, — сказал Ал, мое лицо отражалось в его глазах с козлиным зрачком. — Все и всегда. А ты плюнула на это. Если бы ты оставила эльфа своим фамилиаром, мы бы подумали, как помочь тебе, но ты освободила его, а мы не позволим, чтобы через тебя они снова поставили ногу на наше горло. Это, Рэйчел Марианна Морган, недопустимо.

Я закрыла глаза, ничего не делая, пока сила демона скапливалась, вызывая ощущение покалывания между нами. В глубине души я знала, что Ал это сделает. Я слишком сильно его ранила. Он знал, что я никогда не буду ближе к нему, чем сегодня, но то, что я люблю его врага… это было чересчур.

— Мне жаль, — прошептала я, зная почему он держал Кери в рабстве в течении тысячи лет.

— Этого недостаточно, — сказал он тихо.

— Галли! — закричала Тритон, и я вздрогнула, когда воздух перестал поступать. — Отпусти ее!

Я поперхнулась, распахивая глаза и с ужасом видя, как она стоит рядом с Трентом.

Я схватила запястья Ала, борясь за глоток воздуха, но не позволяя мистикам ему навредить. Я не стану на него нападать. Я не буду причиной его смерти. Мое зрение обступила чернота, мои легкие горели.

— Она смотрела слишком долго! — сказал Ал, с тоской, несвойственной его глазам. — Она выпила слишком много!

Тритон положила руку поверх его руки. Она была прямо перед моими глазами — единственное, что я могла видеть.

— Уходи.

— Но…

— Уходи, — сказала она вновь с понимающей нежностью. — Я закончу это. Ты сделал достаточно.

Закончу? Подумала я, прерывисто вздыхая, когда пальцы Ала ослабели и я получила глоток воздуха.