- Сейчас! - усмехнулся. - Спешу и падаю.

- А куда?

- В желудок, - с опаской сел на табурет, поерзал и оглядел маленькую кухонку - как можно здесь жить? Тут и лилипуты не развернутся. - Так что Дима?

- Что Дима? - не поняла.

- Мы не договорили - с чего он на тебя набросился? Кстати, в милицию не хочешь обратиться?

- Зачем? Да ну. Ушел ведь.

"Унесли".

- Но это неважно. Суть нападок в чем?

- Да ни в чем. Взбрело в голову, что я виновата.

- В чем?

- В том, что с Ларисой случилось.

- Не понял, - признался честно.

- Что непонятного? Человеку плохо, надо кого-нибудь обвинить, найти крайнего, а я была с Ларисой в тот день, я последняя кто ее видел, значит - крайняя, значит - виновата.

- В чем?

- В том, что с ней произошло! - он смеется или всерьез не понимает?

- С логикой нормально?

- Это не логика, это психология.

- Это не психология, это патология. Мальчик умом повредился.

- Если б только он, - вздохнула Ярослава.

- Массовый психоз?

- Да подруги… Марина тоже так считает, - начала в тяжелых раздумьях водить ложкой по столу. Отвратительная привычка, - нахмурился Леший, забрал ложку и кинул в раковину. Девушка губы поджала и по столу брякнула ладонью. - Они правы. Я понимала, что что-то произошло, но ничего не предприняла, мысль отогнала и дальше пошла. Веселилась спокойно.

"Бред психиатрии", - отмахнулся Леший: "суду все ясно. Расчет оказался верен - подруг у тебя больше не будет. Никого не будет - только я".

В этот момент позвонили в дверь. Девушка вздрогнула, испуганно уставившись на мужчину.

- Я открою, - заверил ее и пошел к дверям. Приоткрыл, придерживая и оглядел чудо кожпроизводства: грейдеры, кожаные брюки, косуха, бандана.

- "Ты супер детка", - выдал хмыкнув. Парень моргнул, попытался заглянуть за спину Алекса, но не преуспел и озадачился:

- Ты кто? - голос был глух, но тон не груб.

- Галлюцинация, - заверил. Парень еще на минуту выпал из реальности. Лешему это надоело и он закрыл дверь. Только шаг в сторону сделал - в дверь бухнули.

"Грейндеры апробируем", - понял мужчина, открыл дверь.

- Головой не пытался?

- Славку позови.

- Кого? - изобразил глухого.

- Ярославу.

- Думаю, не стоит.

- Ты ее батя, что ли? - сдвинул брови Григорий, и руку протянул. - Меня Гриша зовут, я ее парень.

Это было слишком для Лешего. Мало его приняли за старика, так еще поставили на одну планку с собой, намекая что по старости ему девушки не нужны, только сестры в доме престарелых. И кто? Какой-то плебей, ноль. "Ее парень"! У нее есть парень? У его женщины?!

- Ты уже ничей.

- Да не, мы всего лишь поссорились. Бывает.

- Алекс, кто там? - спросила девушка и попыталась выглянуть из-за спины, сообразив, что ничего опасного нет. - Ой, Гриша!

Леший уставился на нее, не скрывая раздражения. "Ой, Гриша!" - скажите, пожалуйста! Кому она радуется? Этому дикарю в полувоенных ботинках? Почему он "ой, Гриша" с радостью и придыханием, а он с легким удивлением сродным равнодушию "Алекс?"

- Привет! - разулыбалось кожаное чудо, оттерло мужчину плечом, проникая в квартиру. В этот момент Алексу очень хотелось треснуть дверью по его наглой физиономии - как сдержался загадка. И очень пожалел, что сдержался, когда увидел, как Ярослава расцвела и повисла на его шее, оказавшись в крепких объятьях парня.

- Пришел все-таки!

- Ага. Я погорячился тогда и вообще… - благоухал.