Тогда неожиданно он оказался уже не с одной стороны и не над ними, а под ними, и теперь это уже не было планетой, мерцающей среди звезд, а выпуклым полом чашеобразной конструкции. Двигатели еще сильнее выпустили реактивные потоки. Куроки сжал челюсти так, что заходили желваки. Его руки двигались, как будто он играл на пианино.

Даркингтон подумал что он не столько был командиром корабля, сколько его помощником. Много тонн, несущихся сквозь атмосферный поток на большой скорости, нащупывали радарами место для безопасной посадки. Но нельзя управлять органическим мозгом и человеческими нервами! Главный командир корабля — в основном компьютер, который был соединен с приборами и чьи эфферентные импульсы шли непосредственно к панели управления, — осуществлял основные операции. Его задача была фантастически сложной: почти такой же сложной, как приведение в действие мышц, когда человек идет. Пальцы Куроки говорили кораблю: «Иди в этом направлении!» — но управлял ими главный командир.

— Я думаю, мы можем сесть среди вон тех холмов, — Пилоту теперь приходилось кричать, поскольку реактивные двигатели ревели все громче, — Хочу спуститься как раз на востоке от орбиты восходящего солнца, и поэтому у нас будет впереди целый день, и, кроме того, это самое многообещающее местечко в той местности. Низменности смотрятся так, как будто там болота.

Даркингтон кивнул и посмотрел Фридерику. Она улыбнулась и подняла большой палец вверх. Он наклонился, натягивая свои ремни безопасности и слегка коснулся губами ее губ. Она покраснела от удовольствия, что он нашел странно трогательным.

Когда-нибудь на другой планете, которая, возможно, еще и не образовалась, когда они покинули Землю…

Он уже высказал ей свои опасения насчет того, что двигатель снова выйдет из строя, если они отправятся в глубокий космос, и еще раз промчит их через время, не подчиняясь управлению до тех пор, пока не кончится топливо. Запаса резервуаров как раз хватит на три биллиона лет плюс-минус несколько миллионов, определили физики на борту. Через шесть биллионов лет разве не может произойти такого, что солнце увеличится и поглотит их, когда они появятся снова?

Она слегка постучала по привычке костяшками пальцев и сказала: «Нет, ты — противный биолог, ты должен принять это на слово, потому что ты не знаешь математики». Хью сказал, что дошел до дифференциальных уравнений. Фридерика широко улыбнулась и ответила, что тогда он не изучил математику полностью. Она отметила, что, похоже, ускорение времени было уже объяснено той же теорией, которая лежит в основе полетов в силовом поле. Фактически этот эффект был продемонстрирован в лабораторных экспериментах. Он сказал, что, конечно же, знает об этом — реактивный толчок придает вращательное движение через четвертое измерение и применяется скорее по оси времени, чем по оси пространства. Хью подтвердил, что у него нет абсолютно никакого представления об этом, что только что доказали его слова. Но не важно. С нами произошло то, что неисправный трубопровод оказал эффект «(«-акселерации на наш двигатель. Теперь мы все отсоединили и переделали по чертежам. Мы знаем, что он работает правильно. Резервуары заполнены вновь. Экосистема корабля в надлежащем порядке. В любое время по нашему желанию мы сможем отправиться к более молодому солнцу и путешествовать пятьдесят световых лет, не становясь старше более чем на несколько месяцев. После, удостоверившись, что вокруг никого нет, Фридерика обняла Хью за плечи, и это было гораздо более успокоительно, чем слова.

«Последнее «прощай» матери-Земле, — подумал он. — И тогда мы сможем начать снова жизнь…»

Давление усилилось. Он уже лежал в своем кресле, которое теперь превратилось в ложе, и сконцентрировал усилия на дыхании.

Они достигли земной поверхности. Тишина звенела у них в ушах некоторое время.