Солнце только зашло, и поэтому улицы были многолюдны. Кто-то спешил домой, а кто-то — только начинал свой день, спеша по своим делам. Но все они были лишь серой массой, людьми, ничего не подозревающими об иной стороне. Мне хотелось стать одной из них, в отличие от Ники.

Мы подошли к неприметному бару, располагавшемуся в подвале жилого здания. Неоновая вывеска мигала через силу, показывая, что заведение не пользуется большим спросом у местных жителей. Грязное, даже убогое место, встретило нас полумраком и сигаретным дымом, который въедался в глаза. Сестра же смело ступила вперед, окидывая взглядом пустые столики.

— Сядь за тем дальним, в тени и ни с кем не разговаривай, — бросила она мне, увидев то, что искала — небольшую группу людей, занявшую самый большой столик у игровых автоматов. Они что-то оживленно обсуждали, периодически переходя ни крик. Трое мужчин и две женщины на первый взгляд казались всего лишь группой подростков, выбравшихся отдохнуть в веселой компании, но это было бы слишком просто. Их темные одежды не привлекали внимания, суровые лица никогда не выражали улыбки. Только призраки настоящих людей, появляющиеся и исчезающие, когда приходило время. Ника почти не отличалась от них. Мешковатая одежда скрывала неплохую фигуру, а светлые пшеничного цвета волосы всегда были стянуты в тугой хвост. Я никогда не видела на ней ярких цветов. Более того, она постоянно ругала меня, если что-то подобное обнаруживалось в моем гардеробе. Вполне понятно — это привлекало иных, делая меня потенциальной жертвой. Однажды я перестала с ней спорить, стараясь не попадаться ей на глаза в броской одежде, оберегая такие вещи как настоящее сокровище и одевая только по особым случаям. Сейчас не был один из них.

Я присела за стол, прячась в тени. С такого расстояния никто не мог разглядеть меня, учитывая клубы дыма, повисшие в воздухе. Но и мне удавалось уловить все только в общих чертах.

Ника поприветствовала их, удостоившись только просто кивка, и, взяв стул, присела рядом, притянув к себе стопку бумаг, которую каждый рассматривал по очереди. Это могло растянуться на весь вечер, но я научилась ждать.

Мне не удавалось читать по губам, но их волнение наэлектризовало воздух вокруг, передовая тревогу и в мою сторону. Охотники говорили мало, словно понимали друг друга без слов. Я не хотелось знать, почему мы с сестрой приехали сюда, бросив все дела, и почему такой маленький город на юге страны привлек всеобщее внимание таких же, как и мы. Правда и так понимала, что ситуация оставляла желать лучшего. Шесть лучших охотников с растерянными лицами молча сидели за столом, опустив взгляды на потемневшую столешницу. Печальное зрелище.

Сестра на секунду поймала мой взгляд и кивнула, обнадежив, что скоро это совещание подойдет к концу, и мы наконец впервые за последние двое суток уснем в кроватях, а не на сиденьях автомобиля. Моя спина такого больше не перенесет.

Все заняло не больше часа. Как по команде охотники поднялись и, даже ничего не сказав друг другу, один за другим покинули бар. Вика подождала меня и только когда я с ней поравнялась, медленно вышла на улицу.

— Так, где мы переночуем? — спросила я, когда мы вновь оказались в машине.

— Ты в летнем домике Спайка, а я сегодня в патруле.

— Все так серьезно?

— Более чем ты можешь себе представить, — мрачно сказала Ника, отъезжая от обочины. — Дума, мы здесь задержимся. Я бы отправила тебя подальше отсюда, но мне спокойней, когда ты рядом. Так что мне придется ввести несколько правил. Первое — слушаться меня беспрекословно. Второе — не выходит без меня из домика после захода солнца. Третье — ты…

— Хватит, — простонала я, откидываясь на спинку сиденья.