– Вот ведь дурацкая ситуация! – Домашников с досады стукнул кулаком по борту БТРа. – Столько лет человечество искало братьев по разуму, и теперь мы с ними столкнулись в таких обстоятельствах!

    Гончаров искоса посмотрел на Петра:

    – А кто тебе сказал, что они – братья? Давайте подходить к ситуации более практически. Меня, например, сейчас интересует, куда второй аппарат полетел и что он ещё может натворить.

    – Но может, стоит попробовать их догнать и попытаться всё же вступить в контакт? – предложил Домашников. – Попробуем объясниться и устранить недоразумение. А чтобы лучше понимать, с чем и кем имеем дело, надо этот аппарат осмотреть.

    – Сам же говоришь, что могут быть неизвестные микробы и отравляющие вещества. Как туда лезть? Костюмов защитных нету!

    Домашников почесал затылок и покосился на Гончарова:

    – Знаешь, если там что и есть, то мы уже… того – подхватили заразу. Чего нам уже бояться? Как ты сказал, медицина бессильна.

    – Ну, блин, смелый нашёлся, – криво усмехнулся майор. – Что предлагаешь?

    – Я могу один подойти, всё проверить. Я же инженер, как-никак. Говорю: если тут зараза есть, то она уже и так наша.

    Александр вздохнул:

    – Нет, вместе пойдём. А ты, Федя, возьми автомат, сядь у двери – если что, нас прикроешь.

    Он решительно направился к машине пришельцев, а Домашников, поискав глазами, подобрал длинную монтировку, которую заметил под водительским сиденьем, и побежал вслед за майором.

    Машина лежала, накренившись на один бок примерно градусов на тридцать, и одна боковая кромка её сильно зарылась в мягкую землю лужка. Кое-где из чрева вырывались слабые струи паров, тут же сносимых ветерком. Домашников провёл рукой по белёсому налёту на траве и лишний раз убедился, что это действительно иней.

    – Пар какой-то странный из неё идёт, верно? – непроизвольно понижая голос, спросил Гончаров.

    Пётр подошёл вплотную к аппарату, осторожно потрогал обшивку, сунул палец в один из фонтанчиков белёсого пара и тут же его отдёрнул.

    – Горячо? – поинтересовался майор.

    – Куда там, холодно! Не пар это: то ли азот, то ли водород жидкий испаряются. Если водород, то может и рвануть. Хотя…

    – Что – хотя?

    – Концентрация нужна высокая в воздухе, чтобы рвануло, а тут ещё ветерок дует – всё уносит. Вот внутри только если загорится от искры какой-нибудь. Но… мы же русские: авось, пронесёт!

    Они обошли аппарат, остановились, и Домашников присел, осматривая днище.

    – Ага, – сказал он, – кажется, понятно. Вон, видишь?

    На нижней плоскости корпуса машины ближе к носовой части, где выдвигалось стреляющее электрическими разрядами оружие, был виден круглый люк диаметром примерно в метр. На люке с одного края заметно выдавался круглый выступ, из-под которого торчала закруглённая с одного конца планка.

    – Ты смотри, – сказал Гончаров, опускаясь на корточки, – он снаружи, что ли, открывается? Только как…

    – Это на большой винт похоже – вон, шлиц, как под отвёртку. Только соответствующая должна быть отвёртка. Я сейчас монтировкой попробую… – И Домашников сделал движение под корпус машины.