При мысли, что это она могла бы переехать к Мику, в дом на другой стороне их улицы, и выкрасить в яркие цвета маленькую комнату, Салли окатывала горячая волна — смесь вины, радости и отчаяния, и ее бедное разбитое сердце начинало трепыхаться, демонстрируя, что оно еще живо, еще бьется. Но нет, не стала бы она переезжать к Мику. Она поступила бы разумнее. У нее ведь тоже есть недвижимость. Они продали бы свои квартирки и купили бы что-нибудь попросторнее.

— Так когда приезжает Софи? — спросил в трубке голос Джуди.

Салли порадовалась, что Джуди ее сейчас не видит, иначе от той не укрылись бы ее грезы наяву. Салли постаралась взять себя в руки, хотя это было непросто — столько разных и нелепых мыслей роилось в голове. Иногда эти мысли ей даже снились.

— На следующей неделе, — ответила она.

— Черт возьми, скорее бы на нее посмотреть, — с чувством сказала Джуди.

— Это точно, — поддакнула Салли.

Она не лгала, ей всегда хотелось собственными глазами увидеть мифическую Софи. И все же она чуточку завидовала Джуди: та смотрела на все, что связано с Миком, со стороны, а потому могла в полной мере насладиться разворачивающейся драмой.

— И как Кэти выглядела? После того, как ей рассказали про Софи?

— Как будто ее кувалдой огрели, — ответила Салли, слегка ободренная воспоминанием.

Перед тем как Стефани произнесла имя Софи, Кэти улыбнулась Салли — самодовольной улыбкой собственницы. А в следующий миг по ней словно асфальтоукладчик проехался.

— А потом Мик сказал: «Ах да, Кэти, разве я тебе не рассказывал о Софи? Это моя бывшая подруга, сколько лет уже прошло! Будет приятно встретиться». И тут Стефани сменила тему, очень тактично, как она умеет, но от этого все вышло еще хуже, потому что Кэти сообразила, что Стефани пытается ее отвлечь… Черт!

На мониторе мигал значок поступившего письма.

— Ладно, закругляюсь. Мне тут работу сбросили. Вечером увидимся. Ты дома будешь?

— Ага. Поужинаем вместе? Я купила замороженную пиццу.

— Не пепперони, надеюсь?

— Салли, ты же знаешь, что пепперони я никогда не покупаю, потому что ты ее не ешь, так что будь любезна…

— Ладно-ладно, до вечера. Мне пора.

Джуди задумчиво положила трубку и подняла голову. Взгляд ее уперся в стильный серый костюм, коричневую рубашку и шелковый галстук винного цвета. Наверное, у него сегодня встреча с клиентами, автоматически подумала она. Потом перевела взгляд на лицо Пола. Она точно знала, зачем он здесь. В их офисе открытая планировка, и стоит лишь Джуди произнести в телефонную трубку имя Салли, Пол тут как тут. Джуди слышала, что в ЦРУ есть специальные приборчики, которые ловят в телефонных разговорах по всему миру ключевые слова типа «президент», «коммунизм», «империализм», «взорвать на хрен». Вот так и антенны Пола улавливали все фразы, в которых мелькало слово «Салли». У него был тяжелый случай — настолько тяжелый, что он даже не пытался это скрыть.

— Как поживает твоя подруга Салли?

Пол беззаботно поигрывал галстуком, но беззаботность его была не убедительней игры телесериальной актриски второго плана, которая пробуется на роль Дездемоны.

Джуди задумчиво смотрела на Пола. Уже третий раз он пытается заговорить с ней о Салли. Утром в понедельник, после той злосчастной вечеринки, он выпытал у нее телефонный номер Салли и несколько раз звонил ей, но либо попадал на автоответчик, либо Салли вежливо его отшивала.