— Что, бездельничаешь всё⁈ — заорала начальница с порога. Серёжа испуганно пригнулся. Хоккейная маска пролетела над его головой и упала в углу. — А мы тут работаем! А ну бегом в отделы, пути на временный сервер показывать!

— С-сейчас, — Сергея с рабочего места как ветром сдуло.

4

В ту же субботу решено было внеурочно выйти на работу, чтобы вместе «поднимать» упавший сервер, и заодно полечить другие машины от вирусной эпидемии. Сергей к такому привык ещё на прошлых местах работы, тем более, дома всё равно нечего было делать, потому решил не спорить. Единственное, что немного беспокоило, так это перспектива остаться наедине с Варварой Адольфовной, но служебный долг эту лёгкую фобию победил.

Контора субботним утром показалась непривычно пустой и грустной. Подёргал дверь — удивительно, но начальницы в кабинете не было. Он пришёл раньше! Пришлось сходить обратно к сонному вахтёру и взять ключи.

За окном шёл снег, заметая старый мрачный пустырь.

Варвара Адольфовна вошла на удивление тихо и незаметно. Села за рабочий стол и отвернулась.

— Доброе утро! — поздоровался Сергей, но начальница не ответила. — Ну как, до обеда управимся?

Варвара Адольфовна молча, не поднимая взгляд, включила компьютер. Поборов нехорошее предчувствие, он привстал и подошёл к рабочему столу.

— Она… бросила меня… — Варвара Адольфовна посмотрела на подчинённого полными слёз глазами. — Аллочка… Моя конфетка… Моя куколка…

Она легла на стол и тихонько зарыдала. Лесбиянка? Впрочем, этому Сергей не удивился. Гораздо сильнее удивляла перемена внешности и поведения в начальнице. Плачущая, впервые за время работы она не показалась Серёже отталкивающей женщиной. Все плачущие женщины в чём-то похожи и вызывают одинаковое чувство сожаления. Сергей с удивлением для себя обнаружил, что приободряюще гладит начальницу по плечу.

— Ну-ну, успокойтесь, Варвара Адольфовна. Вы ещё найдёте свою… половинку, — он хотел сказать «девушку», но вовремя поправился.

— Мне не нужны больше женщины! — воскликнула айти-директор, вскочив со стула и заключая подчинённого в объятия. На какой-то миг Сергей испугался, но потом неуклюже обнял Варвару Адольфовну за то место, где должна быть талия.

Впрочем, почему «должна быть»? Руки сами скользнули по талии, конечно, не осиной, но наличествующий и вполне фигурной. Сергей испуганно отстранился и посмотрел на начальницу.

Неопрятная щетина пропала, да и число подбородков значительно уменьшилось. Черты лица уже не казались столь неправильными, а под зелёным свитером с оленями угадывалась похудевшая, несомненно женская и — о ужас! — даже женственная фигура…

Но как⁈ Как она могла измениться за один вечер⁈

— Я хочу тебя, Серёжа, — прошептала изменившимся голосом Варвара. — Прямо здесь, прямо сейчас.

«Пошло оно всё к чертям», — решил Сергей и, дотянувшись до стены, выключил свет.

5

Сервер они так и не починили. Голые, Варвара и Сергей лежали на полу посреди пыльных мотков витой пары, старых корпусов и разбросанных сетевых карт. Бледный свет мониторов на столах напоминал блеск луны.

— Мне двадцать семь. Я родом из Закарпатья, — зачем-то говорила она, закуривая странную сигарету. — Мои родители поженились в Чернобыле, потому я получилась странным ребёнком. Люди сторонились меня, все, кого я любила, рано или поздно покидали меня, но приборы, техника вокруг… Мы словно понимаем друг друга. Как и дикие животные, правда, из-за аллергии я редко общаюсь с ними. Родители рано умерли, я оказалась в интернате для трудных детей. Оттуда сбежала в шестнадцать лет и с поддельными документами поступила на матмех.