Вот тогда-то у него в мозгу, видать, что-то и переклинило. Не то от соляры, не то от неизбежности момента, но подключился Солярис к неведомым источникам данных. Оказалось, что часть саранчи несла внутри себя в микрокапсулах распределённую нейронную сеть, которую не смогла переварить и которая осела внутри таким паразитом внутри паразита. Как ключи доступа к этой сети Арчибальду достались — никто не знает. Возможно, сыграл Великий Рэндом, хотя верить в него сейчас не особо модно.

В общем, переклинило у Соляриса что-то в мозгу, и родился я.

Я — первый из Хомо Новикус. В той нейронной сети хранился полный генокод утраченного биологического вида, который был прародителем роботов. Очень сложного, намного сложнее тараканов и одуванчиков. Были инструкции, как произвести синтез ДНК, как соорудить биоматку, из чего сделать корм для новорождённого и как этого новорожденного воспитывать. В общем, были эдакие мысли из прошлого, призраки ушедшего мирового разума. Тогдашние обитатели Земли хранили осколочные воспоминания о нас — знали, как мы называемся, как мы жили, как называлась та или иная местность. Возможно, у кого-то и генокод этот в памяти хранился. Но вот только никому, кроме старого Соляриса с переклинившим мозгом, всё это интересно не было…

Встал Солярис, бешено вращая моргалками, схватился лапами за бошку и, хромая, побежал к посёлку, думая по дороге: «Только бы донести! Только бы поверили!»

Пароль (в соавторстве с П. Юшковым)

— Если вчера тут ещё всё работало, то сегодня не работает, а мне завтра отчёт квартальный, ещё письмо одно важное, а я раньше на вот эту штучечку «пум!» и она вот так вот «пум», потом такое жёлтенькое открывалось и всё работало, а сейчас нет.

Бухша насупилась и быстро-быстро захлопала накладными ресницами.

На лице Аркадия отчётливо прочиталось «тупые юзеры». Белые стены офиса давно стали клеткой для его разума, и такие случае всё сильнее и сильнее заставляли усомниться в разумности человечества.

Он вызвал окно ввода пароля и попросил:

— Хорошо, какой у вас был пароль от почты?

— Лена-один-два-три! — воскликнула бухша.

Аркадий хлопнул себя по лицу.

— Ну не вслух же! Введите пароль в указанное мною окно.

Бухша долго искала буквы на клавиатуре, а цифры быстро набрала на нум-локовой клавиатуре. Цифры не набрались.

— У вас нум-лок не включен, — слова хлопнул себя по лицу Аркадий.

— Безобразие! — нахмурила бровки Лена. — Вечно у вас что-то не работает. Немедленно включите!

На щеке Аркадия задёргалась вена. Если не работает, то «у вас», а если всё работает, и надо что-то сделать для других, то это «мой компьютер». Сисадмин дрожащим от ненависти пальцем нажал кнопку NumLock, лампочка (если быть точнее, светодиодный индикатор), загорелась, «123» набрались без проблем.

Но пароль всё равно не подошёл.

— Может, какой-то другой пароль? — предположил сисадмин.

— Так… Ну какой ещё может быть… «блонди66»? Нет, этот у меня от одноклассников. Вообще раньше тут такой штучки не было! Я сразу «пум», и там жёлтенькое такое и письма.

Аркадий почесал лохматую голову.

— Получается, пароль был сохранён в хранилище паролей. И почему-то он изменился. Кто-то изменил его.

— Там письмо очень важное! Там новые пин-коды от всех штучечек интернет-банка. Я уговорила прислать по мэйлу.

Бухша покрутила в руках зелёный сберовский USB-токен.

Зарплата. Если она не отправит платёжки с новыми пин-кодами, всему филиалу сидеть без зарплаты. И Аркадию в том числе.

Он отправился к выходу.