– Или же с Алисой все о’кей, она действительно говорила по телефону, а этот тип из деревни – таксист и там живет; если работать в Мондофене, это не так уж нереально.

– Не важно: ты позвонишь Деприжану и прикинешься Алисой; по его реакции мы сразу узнаем, что ему известно. Если он не задумываясь поддержит разговор, значит верит, что она жива, и в таком случае не имеет к этой истории никакого отношения. Но если начнет заикаться и путаться, то…

Лили отпрянула и в полном шоке уставилась на него.

– Жива? – повторила она. – Подожди, ты думаешь, что Алиса могла умереть?

Юго поставил локти на стол и сцепил пальцы.

– Я рассматриваю все варианты. И давай посмотрим правде в глаза: если Деприжан солгал, если он не говорил с Алисой по телефону и этот тип на самом деле не таксист, а сообщник, то да, боюсь, единственное возможное объяснение звучит довольно зловеще.

Лили медленно выдыхала до тех пор, пока из ее легких не вышел весь воздух. А глаза, наоборот, бегали из стороны в сторону, словно пытаясь вырваться из орбит. Юго вдруг представил себе ее проткнутые гвоздями глазные яблоки и заморгал, стараясь избавиться от зловещего видения.

Лили подытожила:

– Ты считаешь, что Алиса убита, потому что не веришь, что человек, голос которого мы слышали на днях по телефону в кабинете Филиппа, на самом деле таксист? Это чертовски сложный логический ход.

– Клянусь, я…

– Нет-нет, я согласна. Так и сделаем. Просто чтобы избавиться от всех сомнений. И у меня есть идея, как это осуществить практически.

Лили отвела Юго в Башню, и они по служебной лестнице поднялись на чердак, переоборудованный под офисы. В это время года стулья были накрыты чехлами и все аккуратно убрано: не валялось ни единой бумажки или папки. Лили встала у окна и достала из кармана мобильный телефон, который подняла над головой, словно призывая громы и молнии.

– Обычно здесь есть что-то наподобие сети. Не очень хорошей, но, если повезет, поговорить удастся.

– А если тут ловит плохо, это даже лучше, ему будет труднее узнать твой голос.

Юго рассчитывал, что угадал, предположив, что у директора проблемы со слухом. Он не видел у него в ушах слухового аппарата, но надеялся, что это просто от лени или из кокетства, а не потому, что тот Деприжану не нужен.

– Включи громкую связь, чтобы я тоже слышал. Первые несколько секунд будут решающими.

– Подожди, нужно позвонить ему со скрытого номера. Только бы Адель не взяла трубку…

Когда соединение было установлено, у Юго учащенно забилось сердце.

– Алло? – раздался голос Деприжана.

В мастерском исполнении Лили ее голос звучал – нежнее не бывает:

– Месье Деприжан? Это Алиса.

– Алиса? Алиса Ланглуа? Вот уж не ожидал услышать вас так скоро. Надеюсь, никаких проблем с выплатой по истечении трудового соглашения?

Юго закрыл глаза. Директор не юлил. Отреагировал мгновенно. Ни удивления, ни колебаний. Совершенно обычный разговор. Правдоподобный. Юго покачал головой.

– Все в порядке, месье Деприжан, я просто хотела попросить… Я забыла вернуть Джине ее свитер, а поскольку мобильной связи с ней нет, не могли бы вы передать ей мое сообщение?

– Конечно передам.

– Он ее ждет после химчистки, я его уберу, и она сможет забрать его, как только захочет. Вы можете ей передать? С моими извинениями.

– Сделаю, будьте уверены. У вас все в порядке? Возвращение к обычной жизни проходит не слишком тяжело? Приступ депрессии позади? Как я уже говорил, это может потребовать какого-то времени.