– Тебе, наверное, теперь легче, – сказал он лыжному инструктору.

– Я злюсь на нее. Мы многое пережили вместе, семь месяцев провели бок о бок, это не шутки.

Джина кивнула.

– Я недавно дала ей поносить свой свитер, а она его даже не вернула, – призналась она. – Это ерунда, но, вообще-то, так себя не ведут.

Продолжая переговариваться, собравшиеся медленно расходились, за исключением их троицы. Лили улеглась на диван, стоящий напротив, подперев голову руками.

– Ты спал с ней? – в лоб спросила она Юго.

– Что? Конечно нет.

– Это не преступление. Ты вполне мог бы…

– Да, конечно, но нет. Что за вопрос!

Юго чувствовал себя неловко, будто ему было в чем себя упрекнуть. Джина добавила:

– В первый вечер, когда ты только приехал, она сказала мне, что ты очень даже симпатичный.

– Правда?

– Заметь, она тоже была вполне себе, – сказала Лили.

– И сейчас! – поправил ее Юго.

– Что?

– Тоже вполне себе. Она же не умерла.

Лили состроила гримасу.

– После ее выходки… И ты должен знать, что, покидая Валь-Карьос, ты перестаешь для нас существовать, – добавила она мягко и слегка вызывающе. – Так что признавайся: ты ведь тоже считаешь ее смазливой?

– Хорошенькой? – уточнила Джина.

Оказавшись между двух огней, Юго делано возмутился:

– Вы что, инквизиция? Повторяю – я с ней не спал.

Лили с Джиной заговорщицки переглянулись.

– Я выиграла.

– Что выиграла? – спросил Юго. – Вы что, издеваетесь надо мной?

– Вовсе нет… Джина поспорила со мной, что ты трахался с Алисой. Я не поверила.

– А почему нет? – обиделся Юго. – Я бы мог…

– Самец, уязвленный в своей гордыне покорителя, – усмехнулась она.

Лили хитро улыбнулась и уточнила:

– Во-первых, всю зиму Алиса трахалась с парнями, которые совсем на тебя не похожи. Более старые, более…

– Тупые? Толстые? Богатые? – предположил Юго.

– Уверенные в себе.

– Ну что ж, спасибо. А во-вторых?

Лили поколебалась, потом призналась:

– Не знаю, женская интуиция. Не уверена, что ты об этом задумывался.

Юго хотел было рассказать им про эпизод в бассейне, но, в конце концов, это только сработало бы против него, ведь на самом деле он не проявил никакого рвения. Но я ей нравился… По крайней мере, мне так кажется.

– Девушки, что-то я не расположен становиться мишенью для вашего остроумия, – сказал он, делая вид, что собирается встать.

Лили жестом остановила его.

– У меня есть свои доводы, – сказала она и пошла к шкафу за одной из колонн, поддерживающих потолок. Достала оттуда бутылку рома и три стакана, ловко их наполнила. – Извини, – сказала она, чокаясь.

Аквариум опустел, и они остались втроем.

– На что вы поспорили? – решил выяснить Юго.

Джина и Лили переглянулись и захихикали.

– Это наше, девичье, – сказала Джина.

Юго все сильнее чувствовал себя лишним. Однако поднял свой стакан:

– Отличное пойло, но я пью этот и завязываю. В здешних коридорах я и трезвым плутаю, а спать на улице меня как-то не тянет.

– Я тоже каждый раз здесь путаюсь! – воскликнула Джина, обрадовавшись, что не она одна такая убогая.