– Ну чё, прапор, ты шпалеры принес? – один из «партнеров» у вагончика выступил вперед. И Бес мигом его узнал.

– Саня? – не веря своим глазам, спросил он. – Ковган? Ты, что ли?

Тот самый Ковган, близкий друг Антона Полежаева. Человек, с которым Олег Драгунов когда-то начал свой нелегкий путь по Зоне отчуждения.

– О! – наигранно изумился тот. – Олег! Мля, я думал, ты сдох!

– Где Шнифт? – настороженно спросил Моргунов, как бы невзначай приподняв РПК-74.

– Да скопытился он, – отмахнулся Ковган. – «Землетрус» сцапал. Все, нет Шнифта.

– Артефакт у вас? – прищурив глаза, решил уточнить прапорщик.

– А ты шпалер принес?

– Принес я твой «шпалар», – «рубежник» продемонстрировал пулемет на вытянутых руках.

– О-о, зашибись! – подал голос один из товарищей Ковгана. – Терь щемить сталкерню будет ку-уда проще, епта!

– Да все, хана фраерам! – поддержал его третий.

– Ну, а мы арт принесли, – ухмыльнулся во весь рот Ковган.

И к ногам Моргунова полетел освинцованный контейнер, вытащенный из недр зеленоватого вагона.

– Фофан, – позвал прапорщик. – Открой.

Тот послушно подхватил металлическую емкость и отворил крышку. И его лицо на долю секунды озарило белым. Глаза Моргунова алчно загорелись. Там, на освинцованном дне, покоилось гладкое мраморное образование, по форме похожее на сильно увеличенное куриное яйцо – как-никак, размером со среднюю человеческую кисть. Знаменитое «яйцо», способное буквально вытащить человека с того света. Правда, ранения в голову артефакт обычно не лечил. А если и лечил – человек слабоумным становился. Да и людям, у которых проблемы с почками или сердцем, использовать этот минерал не стоило – плохо кончится.

Редкое, ценнейшее творение Зоны. Мгновенная аптечка для тех, кто не боялся немного поваляться без сознания от болевого шока. Единственная возможность сталкера выжить после десятка прошивших его пуль. Последний шанс. Аномальная территория полнилась историями о людях, которые с помощью этого артефакта выживали после несовместимых с жизнью ранений. И, казалось бы, ничто не мешало Моргунову просто забрать его, мигом расторгнув сделку. Приказать наемникам открыть огонь – и выйти из короткой схватки победителем за счет эффекта неожиданности. Олег видел, как пылали глаза прапора, пожирая желанное «яйцо». Видел, как завскладом слегка подался вперед, чтоб оказаться ближе к легендарному минералу. Как одна рука, сама того не желая, дернулась, слабо потянувшись к контейнеру. Но станет ли Моргунов забирать артефакт силой? Нет. У него не было гарантий, что наемники исполнят приказ, презрев опасность для жизни.

– Э, прапор, – напомнил о своем существовании Ковган. – Ты шпалер гони, на. А то те ток вафля будет вместо арта, слышь?

– Разумеется, – кивнул Моргунов. – «Рубеж» всегда держит свое слово. Фофан, отдай ему пулемет.

Наемник с обрезом поставил контейнер на пол и, забрав у нанимателя РПК-74, двинулся к «партнерам». И в этот момент Ковган резво сдернул «калаш» с плеча. Секунда – и автомат нацелился прямо на голову косматого прапорщика.