– Существует, конечно! – фыркнул сказочник. – Скажи, Тан?

– Из нее печи кладут, – подтвердил здоровяк авторитетно. – Железо плавить.

– Не кладут, – поморщился сказочник. – Обмазывают! Изнутри!

– А перед тем еще обрабатывают и соками, и огнем, и пылью, – вставил ма Фидди.

– Ну, да, да, – отмахнулся Тан. – ма Сайос бы тебе рассказал с подробностями, а я чего? Я ж не мастер, я охотник.

ва Тан внезапно погрустнел и добавил:

– Был охотник…

Глава вторая.

– Может, все таки останешься? – ни на что особо не надеясь спросил сказочник.

ма Фидди чуть заметно улыбнулся – самыми уголками губ.

– Такое впечатление, будто ты меня плохо знаешь, – отозвался мастер-летатель.

ва Дасти протяжно вздохнул: прав был Фидди, совершенно прав. Уж если он чего решил – бесполезно отговаривать.

– Ты пойми, я все равно улетел бы рано или поздно, независимо от того нашел бы Тиом свою железную птицу или нет. Зима скоро, мне пора.

Светило Поднебесья действительно сжимало спираль вокруг точки зимнего солнцестояния. На этот раз – южного. Это означало, что с момента, когда Фидди начал обучать Артема полету, прошло без малого два с половиной года – больше сорока земных месяцев.

Кроме того, в последнее время ма Фидди из учителя незаметно превратился просто в спутника. Артем привык, что он всегда рядом; но с недавних пор реже и реже задавал мастеру вопросы или спрашивал совета. Теперь Артем просто летал и находил это занятие немногим более сложным, чем ходьба или плавание. Плавать на Листе, правда, было особо негде, но Артем не сомневался, что тело все помнит.

– Что ж… – сказочник снова вздохнул. – До встречи, Фидди.

Покосившись на Артема, Дасти с ехидцей добавил:

– Мне кажется кое-кому как раз время произнести слова благодарности!

Артем, к счастью, к этому моменту приготовился давно. Когда он впервые задумался, что мастера Фидди надо будет поблагодарить, он начал было придумывать прочувственную речь, но быстро понял: речь будет звучать напыщенно и неестественно. Люди Поднебесья не любили досужей болтовни, а из долгих монологов признавали только сказки и героические истории. Поэтому он просто подошел к Фидди, обнял его по-мужски, хлопнул по спине и сказал:

– Спасибо за науку, мастер. Надеюсь, был не самым плохим твоим учеником…

ма Фидди усмехнулся и (что очень Артема обрадовало) не без гордости пожелал:

– Летай, Тиом.

И присел к крыльям.

Когда мастеру осталось только продеть руки в упряжь, попрощался и ва Тан – подошел, пожал Фидди руку и коротко выдохнул:

– Свидимся…

Все вместе помогли мастеру взобраться на кромку. Задерживаться ма Фидди не стал, сразу нырнул в поток и, красиво распластавшись, потянул прочь от Листа. От очередного обшаренного Листа, помеченного персональным знаком Артема, слитыми в один знак буквами "А" и "Ш" на носовом рубце.

Проводив Фидди взглядом, все трое спрыгнули назад, в пятидесятиметровый промежуток между третьей и второй кромками.

– Ну, чего, – подытожил ва Дасти. – Нас снова только трое. Тебе меньше куропатов бить, Тан.

– Ой, не смеши, – проворчал здоровяк. – На троих бить или на четверых – велика ли разница?

– Ну, да, ну, да, – сказочник с ехидцей ухмыльнулся. – Большую часть уминаешь именно ты.

– Мне положено, я кормилец, – отмахнулся Тан, давно привыкший к колкостям сказочника. – Кстати, я предлагаю не сразу лететь, а все-таки подкрепиться.