Браслет оказался на удивление тяжелым и ощутимо старым. Как будто время оставило на нем свой след, свою особенную энергетику… Прежде чем надеть, Надя подержала его в руках, повертела так и эдак, будто примериваясь. На обратной стороне она с трудом разглядела полустертую гравировку: «Люби и помни».

– Что это, бабуля?

Лицо бабушки на миг стало отрешенным, мечтательным, даже помолодело.

– Когда-то мне его подарил один человек… Но это было давно, очень давно. Носи, не сомневайся! Мне теперь больше не нужно.

В тот вечер они засиделись до полуночи. Уже давно был съеден пирог, и чай остывал в чашках, а две женщины – старая и совсем юная – все никак не могли расстаться друг с другом. Потом, много позже, Наде казалось, что, если бы она осталась, все могло бы обернуться по-другому…

Или не могло.

Она ушла, а наутро родителей разбудил телефонный звонок. Хмурый и усталый мужской голос осведомился, здесь ли проживают родственники гражданки Ворониной, а потом сообщил, что Варвара Алексеевна скончалась. Потом Надя узнала, что ночью бабушке стало плохо с сердцем. Она успела позвонить в «скорую», но явившиеся по вызову врачи так и не смогли ей помочь…

Горе было огромным – почти таким же, как чувство вины за случившееся. Ну как можно было оставить человека одного? Надя долго корила себя за то, что спокойно ушла домой в тот проклятый вечер и не заметила, что с бабушкой что-то не так. Только браслет остался на память. Надя теперь носила его почти не снимая.

А тут еще экзамены… Прежде желанная цель не то чтобы померкла, но как-то отодвинулась на второй план. Надя приходила в университет с толпой других абитуриентов, тянула билет, отвечала, словно механическая кукла, а мысли были далеко.

И все же она поступила! Настал тот день, когда она увидела свою фамилию в списках зачисленных на первый курс. Впервые за это долгое лето она почувствовала себя почти счастливой. Жаль только, бабушки больше нет и не с кем поделиться радостью.

В городе было жарко так, что даже асфальт плавился от палящих солнечных лучей, и в метро стояла такая духота! Люди, разморенные зноем, обмахивались газетами, словно веерами, но это слабо помогало.

Выходя из метро, Надя думала все больше о приятном – о том, что идти придется через маленький скверик, а там будет чуть попрохладнее, и хорошо бы купить холодного кваса, что продают прямо из бочки на углу возле дома… А главное – что первый рубеж взят и теперь совсем скоро у нее начнется своя собственная студенческая жизнь.

И тут она увидела Его. Стройный, высокий молодой человек в джинсах «Ливайс» и белой рубашке придержал перед ней тяжелую стеклянную дверь. На секунду их взгляды встретились… У Нади даже голова закружилась.

– Извините, девушка, можно с вами познакомиться?

Его голос доносился словно издалека. Надя даже не сразу поняла, что этот красавец обращается именно к ней.

– Как вас зовут? Я – Игорь, но друзья называют меня Гариком.

Потом они шли по улице рядом. Гарик непрестанно говорил, рассказывал что-то смешное, сыпал комплиментами, но Надя его почти не слышала. Сердце ее пело от радости. Ведь бывает же такое, что у человека все складывается хорошо – просто как по заказу!

Домой в тот вечер она не пришла вовсе. Наверное, случайно получилось так, что утром Наденька проснулась в чужой комнате с выгоревшими обоями, на продавленном раскладном диване в объятиях любимого… Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, а она улыбалась несмело и счастливо. Игорь принес бутылку шампанского, и они пили его, сидя прямо на полу в этой странной полупустой квартире. Он целовал ее снова и снова, а Надя никак не могла поверить, что все это и в самом деле происходит с ней. Неужели ее, гадкого утенка, можно полюбить? Она смотрела на себя в зеркало – и почти не узнавала.