— Рад встречи, Степан Емельянович! — приветствовал Миних одного из самых ближних людей императора. — Уж не чаял, ни гадал, что увижу Вас здесь!

— Проходил мимо, Ваше Высокопревосходительство! — Степан улыбнулся. — Не один проходил. Со мной пять тысяч неплохих воинов, которые готовы сражаться за правое дело и выгнать турок из Европы.

— Это очень кстати! Признаться, я не уверен в том, что нам удастся быстро взять Константинополь, — Миних развел руками. — Посмотри на его! Величественный город!

— Нам придется это делать, господин командующий! — Степан посмотрел на вид окрестностей Константинополя. — По моим данным турки срываются с мест, собираются двигаться от Измаила напрямую к Константинополю. Если город не взять в ближайшие два-три дня, уже скоро мы встретимся с атакой с двух сторон явно превосходящего числом противника.

— Думаете я этого не понимаю? Мы входили в город. На улицах баррикады, стреляет каждый угол. Свое преимущество в силе оружия мы не можем использовать, — досадовал командующий.

— Отдайте в мое подчинение всех казаков-пластунов, лучших егерей. Дайте два дня и готовьте штурм, — Степан жестко посмотрел на Миниха, поймав на себе не менее суровый взгляд.

Мужчины «бодались» взглядами, но в итоге, Степану пришлось сдаться. Казак рассчитывал, что его близость к императору и в этот раз поможет, но Миниха он не продавил.

— А теперь, казак Степан, — сказал генерал-фельдмаршал несколько в уничижительной форме. — Рассказывай свой план! Я уже понял, что ты хочешь создать штурмовые плутонги. Как видишь, Степан Емельянович, я так же немало разговаривал с императором и понял твою задумку. Но успеется ли?

— Простите, Ваше Высокопревосходительство, за дерзость! — повинился Степан.

— Полно-те, идем пить кофе и сразу же за работу! — повеселевшим голосом сказал командующий. — Чего нам горевать? Как там вы, казаки, говорите: двух смертей не бывать, а одной не миновать? Будем думать, как нам в ближайшие две недели миновать той самой дамы с косой, а там, хоть трава не расти!

— Вы все лучше осваиваете русский язык! — решил польстить Степан, чувствующий некую неловкость в том, что попробовал манипулировать командующим.

— Я русский! Поверьте, уже такой русский, что страшно становится! Вот и приступ Константинополя будет истинно русским «на авось», — вздыхая, сказал Миних.

— Уж, простите, но вы неправы! До того, пока Ваша истинно русская нога не ступила на земли древней Византии, я не мог говорить о том, что в Константинополе давно работают несколько наших тайных групп. Вчера ночью еще две группы проникли в город. После сигнальной ракеты все они начнут действовать, — Степан протянул сложенный лист бумаги. — Тут цели атак тайных людей в городе.

— Удивляете! — задумчиво сказал Миних. — Впрочем, можем обойтись и без кофе.