Во главе стола гордо высилась резная спинка кресла, похожего на трон. Франческа по выгравированной среди резьбы короне поняла, что оно предназначено для хозяина и заняла более низкий стул, обитый парчой.

 Она давно сбросила мех. На тонкой шее переливались жемчужные нити. Ее плечи и руки утопали в черных кружевах. Белокурые локоны струились по спине. Кто она, моя утонченная, изнеженная гостья? Почти богиня и в моей голове болезненно отозвались слова "почти, но не совсем". Я мог читать ее мысли, чувствовать ее смятение, а значит она просто женщина, которая не может противостоять таинственному обаянию незнакомца.

 Она попалась в заранее расставленную ловушку, осталось только раскрыть все карты - рассказать ей о том, кто я, о разговоре, который я подслушал много лет назад, о том, почему на портрете за моей спиной парит крылатый демон. Я хотел объяснить ей все это с мрачным торжеством, но язык не поворачивался, чтобы начать обличительную речь.

 Что ж, времени у нас в запасе предостаточно. Вся ночь. Стоит немного поразвлечься. Не каждый день удается нарушить закон и безнаказанно принять в заповедных владениях такую очаровательную гостью. Я предложил ей вина, и некто невидимый тут же поднял стеклянный графин и наполнил ее бокал. Франческа ахнула. До этого она ни чем старалась не выдавать ни своего удивления, ни испуга, но на этот раз не могла сдержаться и переведя восторженный взгляд на меня севшим голосом прошептала:

 -- Восхитительно! Как вам это удается?

 -- Вы считаете меня придворным волшебником? - усмехнулся я. - Или просто ловким фокусником.

 -- Я считаю вас умнейшим и самым образованным человеком, - перед словом "человек" она немного помедлила, будто хотела, но не решалась назвать меня как-то иначе. И мне тут же стало интересно, кем она меня посчитала дьяволом, ангелом или смесью того и другого, а именно тем, кто я есть на самом деле - монсеньером драконом.

 -- При всех ваших знаниях и способностях, вы выглядите таким ...юным, - она недоверчиво разглядывала мое лицо, будто оно было всего лишь совершенной маской, которую легко можно снять, явив зрителям неприглядную действительность.

 Графиня уже совсем близко к истине, мелькнуло в голове, и она тут же отвела взгляд, явно смутилась, начала перебирать пальцами прядь своих волос. К вину она до сих пор не притронулась, будто боялась обжечься или отравиться одним глотком.

 Какая-то быстрая тень проскользнула мимо стола, остановилась рядом со мной, и я услышал у самого уха горячий предостерегающий шепот. Стоило отмахнуться, и тень тут же скользнула обратно к порогу. За тяжелыми портьерами полуприкрывавшими вход стоял Перси и терпеливо ждал, пока я прерву вечернюю трапезу, чтобы подойти к нему. Как не хотелось возвращаться к нудным и скучным делам в такой ответственный момент. Мне было бы так интересно заметить страх в глазах Франчески, когда она, наконец, с отрезвляющей ясностью поймет, что перед ней не галантный ухажер, а смерть. Но мое развлечение прервали, скрепя сердце я учтиво произнес:

 -- Чувствуйте себя, как дома, дорогая. Мне придется отлучиться ...всего на несколько минут, - я попытался выдавить улыбку и поспешил к выходу.

 -- Простите за вторжение, господин, - Перси отвел меня как можно дальше в тень галереи, чтобы до чуткого слуха графини не долетело ни единого слова, произнесенного между нами.

 -- Надеюсь, у тебя были веские причины, чтобы прервать мой пир, - строго заметил я. - В такой отдаленности от населенных пунктов мне не часто представится возможность развлечься.