Едва удержавшись от того, чтобы сказать ему "спасибо" за предусмотрительность, я разрешил ему располагаться, как дома, в особняке, которому за краткий срок вернули роскошный вид, а сам направился навести очередной ночной визит своей обворожительной соседке.

 По своему обыкновению я не стал стучаться в ворота. Привычка подкрадываться к окну и тайком наблюдать за событиями стала для меня неизменной. Легко вычислив, в какой зале находиться графиня, я обнаружил там и одного гостя Винсента. Не смотря на холодный вечер, он отказался от предложенного чая, но охотно пригубил бокал вина и начал веселым тоном распространяться о последних новостях.

 -- Это настоящее событие, - чуть ли не радостно говорил он, делая вид, что не замечает усталости и сонливости графини. - Впервые мне удалось узнать нечто интригующее, богатого феодала бунтовщики загоняют на крышу мельницы, обвиняя в колдовстве и угрожая огнем, и вдруг он из писаного красавца превращается в дракона. Значит, обвинения не так уж безосновательны.

 Винсент закончил свой монолог тоном следователя, так словно выносил вердикт и даже не замечал, что его единственная слушательница молчит и даже не кивает.

 -- Эта история достойна того, чтобы попасть на страницы одной из ваших книг, - Винсент кивнул в сторону книжных шкафов. Франческа тоже пробежала взглядом по пестрым корешкам.

 -- Нет, вряд ли можно передать словами весь тот ужас, который испытали очевидцы, - возразила она. - Сегодня вы застали меня напуганной и подавленной, но этот испуг не продлится долго. Завтра вы вернетесь сюда, желательно ближе к вечеру и возьмете с собой свои карты. Мне о многом нужно у них спросить.

 -- Как прикажете, миледи, - согласился Винсент. Он сощурился, приглядываясь к темным уголкам, куда не падал свет канделябров. Ему показалось, что кто-то следит за ним, но он так и не мог понять: правда это или просто неприятное ощущение.

 -- До завтра, дражайшая графиня, - тихо и с усмешкой произнес он, пересекая порог, но Франческа уже не слышала его.

 Я не хотел показываться ей при слугах и горничных, которые, заметив подобное вторжение, могли поднять крик. Проникнув в спальню, я стал ждать, пока графиня останется одна. Вскоре, держа в руке подсвечник, она переступила порог, закрыла дверь. Мирное сияние одной свечки озарило мглу. Франческа задвинула защелку, обернулась и заметив меня застывала без движений, как ледяная статуя. Как она была бледна! Казалось, что алое платье, отороченное волнами черных кружев, нацепили на манекен, а не на живую женщину.

 Я так же неподвижно сидел в глубоком кресле и пристально смотрел ей в глаза. Должно быть, Франческа подумала, что я призрак, преследующий ее.

 Она попятилась, но спиной наткнулась на дверь, которую только что сама заперла. Болезненный толчок о деревянную преграду привел ее в чувства.

 -- Ты не имел права являться сюда, - наконец быстро и отчаянно заговорила она. - Ты не мог переступить порог без приглашения! Ты злой дух!

 -- Так прочти молитву, чтобы изгнать меня! - равнодушно предложил я, но в голосе зазвенела сталь. Вот значит, почему она сама пригласила меня в тот раз, верила, что ни один злой дух не имеет права войти в дом без приглашения хозяина. Старинное, ничего не имеющее с реальностью суеверие, но белокурая графиня верила всему, что прочла в книгах. Она правда знала слова молитв и начала шепотом произносить их, быстро, неуверенно, ожидая, что я вот-вот исчезну, но я не обратился в дым, не вылетел черным паром через окно и Франческа пристыжено замолчала. Ей не хотелось показывать свою трусость, она приблизилась ко мне. Я встал ей навстречу, этикет не позволял сидеть в присутствии дамы. Рука со свечой поднялась на уровень моего лица.