-- Я заберу портрет, чтобы вы больше не смогли прикоснуться к нему и таким образом вызвать меня из моего...ада, - перед последним словом была сделана выразительная пауза только потому, что я никак не решался назвать свой восхитительный замок гиеной огненной. Поставив Франческу перед фактом, я смело двинулся в башню, где хранилась картина, на ходу бросив. - Возможно, я вернусь, чтобы расплатится.

 Абсолютно невинное предложение Франческа истолковала по-своему. В ту же ночь она принялась собирать поклажу и велела закладывать экипаж, но я так и не удосужился проверить, куда она собралась ехать.

 Добравшись до собственного замка, я так и не решился уничтожить картину, но и не хотел, чтобы она висела на стене, все время попадаясь на глаза. Только после того, как надежно спрятал ее в подвале, и запер дверь на ключ, я невольно задумался о том, а стоило ли отпускать на свободу графиню, которая теперь всюду будет молчаливо носить с собой чужой, но незабываемый секрет? И долго ли продлиться ее молчание?

ЛИЦЕМЕРНАЯ ФРАНЧЕСКА

 Услышав шум в отдаленном крыле поместья, я решил, что Селвин разбирается с каким-то нерадивым мастеровым. Первое предположение себя не оправдало. Возле лестницы ведущей на чердак стояли виконт и некто, одетый в черное. Двое вели между собой горячий спор. При чем мне удалось тут же узнать взволнованный голос Винсента. Он сохранил едва уловимый акцент - напоминание о той речи, которую я слышал на улицах родной столицы. Никто, кроме меня, не мог понять, что четкая дикции и некоторые устаревшие слова - это всего лишь дань прошлому.

 - Говорю вам, Эдвин мой друг. Он сам пригласил меня переночевать, - убеждал Винсент, при этом его глаза разъяренно поблескивали. Еще немного и он бы вцепился собеседнику в лицо.

 Я наблюдал за ним, едва сдерживая смех. Винсент всегда умел бессовестно лгать, но на этот раз превзошел самого себя.

 -- Спросите у него, если не верите, а я подожду здесь. Разве стал бы я против воли своего лучшего друга забираться к нему в дом? Он, что не имел права пригласить в гости того, кто ему больше по душе? - Винсент злобно сощурился. А мне стоило труда не зааплодировать, вместо этого я нащупал хрупкий мысленный контакт с Винсентом и произнес про себя всего одну похвалу "браво!". Он услышал это и оторопел. Ему стоило большого труда повернуться ко мне и сохранить спокойствие. Только я заметил, что его руки нервно задрожали.

 -- Все в порядке, Селвин, - сказал я, после долгой паузы, за которую вполне успел насладиться смятением Винсента. - Это, действительно, мой старый и весьма образованный приятель. Мы даже обучались одной и той же науке. Я не предупредил вас о его присутствии потому, что надеялся, что он вот-вот уедет, но визит неожиданно затянулся, очевидно, из-за того, что мой "лучший друг" опять остался без крова.

 -- О, все понятно, - разочарованно протянул Селвин, хотя на самом деле ровным счетом ничего не понимал. Винсент попытался гордо распрямить плечи, но тут же ссутулился под моим пристальным взглядом.

 -- Кстати, надо же как-то оправдать то, что бездомный знакомый будет жить здесь, - как бы между прочим вставил я и обратился к Селвину, надеясь, что он не сочтет меня очень жестоким. - Вы бы не могли помочь мне подыскать для него недорогую лакейскую ливрею, чтобы он и дальше не смущал гостей своим скромным одеянием.

 Щеки Винсента стали почти пунцовыми. Селвин был явно ошеломлен, а я, весело усмехнувшись, объявил:

 -- Прости, Винсент, это была просто шутка. Я не знал, что ты не любишь, когда над тобой подшучивают на твой собственный манер.

 -- Вы бы проследили за ним, - шепнул Селвин, когда мы остались одни. - Я нашел его, когда он спал на кушетке перед чердачным окном и что-то бормотал во сне, а вокруг него носились какие-то неясные силуэты, но как только я зажег фонарь, они все куда-то исчезли.