-- Ты мог бы сделать так, чтобы стрелы вражеских лучников не попадали в цель? - Анри волчком вертелся за моей спиной, вставал на цыпочки и нашептывал на ухо самые невероятные предложения.

 Конечно, я мог, но стоило ли применять колдовство на войне. Здесь все решается силой оружия, а также ловкостью и хитростью стратега. Я уже хотел оттолкнуть Анри, объяснив ему, что вся работа, которую я проделываю, это дело главнокомандующих, а не мое, но он снова начал просить о невозможном, а потом обиженно буркнул:

 -- Если бы я знал столько же, сколько ты, я бы хоть один разок позволил себе применить эти знания на практике.

 -- Такая практика будет дорого тебе стоить, - тихо, но раздраженно шепнул я. - Кто из рядовых солдат или полководцев захочет терпеть над собой власть короля, у которого в советники попал колдун. Твое положение и так слишком шаткое и весьма сомнительное.

 Вместо того, чтобы оценить правдивость таких слов, Анри еще больше разобиделся. Он сжал кулаки так, что ногти расцарапали кожу и впились в плоть, но крови почему-то не было. Неужели его вены высохли так же, как и внешняя оболочка. От таких мыслей по коже прошелся неприятный холодок. Стараясь не думать об этом медленном распаде живого тела, я вновь пересмотрел свои наброски, и, решив, что план безупречен, отправился побеседовать с начальником каждого небольшого отряда, чтобы потом не вышло никаких ошибок. Мое появление редко кто приветствовал, но возразить никто не смел. Передо мной, почему-то все эти смелые вояки испытывали куда большей страх, чем перед бесчисленной вражеской армией. Причин этого, сковывающего оцепенением страха они сами понять не могли. Они правильно делают, что бояться, возвращаясь к шатру подумал я, что такое целые легионы и засадные полка по сравнению с драконом? Я невольно усмехнулся, вспомнив о том легионе, который ждет меня в империи. Если б хоть его малая часть появилась здесь, то этот приход был бы подобен затмению солнца.

 -- Ты меня восхищаешь, - заметил Анри, который, видимо, в ходе всего сражения собирался безвылазно отсиживаться в затемненном шатре. - Как ты можешь вызывать столько уважения у тех, кто с самого начала предвзято отнесся к тебе? Разве здесь обошлось без колдовства? Тех, кто хотел задержать тебя, на подходе к лагерю сковывало оцепенение. Я знаю, что пока ты еще был почетным гостем во дворце, один из придворных хотел нанести тебе ножевую рану, из-за угла конечно, при дворе все довольно трусливы, но в решающий миг, когда он должен был ударить, рука не послушалась его.

 Анри не стал уточнять, кто это был, но я сам вдруг вспомнил яркие эполеты, мелькнувшие на форме того военного, с которым столкнулся на ярмарке. Щеголь, сопровождавшей его, почему-то отошел на задний план.

 -- У военных просто так конечности не могут онеметь, - понимающе хмыкнул Анри.

 -- Как и голосовые связки, - с усмешкой кивнул я. - Они должны быть далеко не слабыми, чтобы позволить их обладателю пересказать интересные сплетни всем придворным и при этом не охрипнуть.

 Анри оценил шутку и хрипло, прерывисто засмеялся.

 -- Слухи о том, что ты - повелитель волков, действительно были очень увлекательными. Как видишь, они долетели даже до моих ушей. Ты для них - это одна из необъяснимых загадок природы, поэтому о том происшествии на охоте будет болтать еще много лет. К одной неопровержимой разгадке они так и не придут. Только один вывод одобрен всеми - надо самому быть хищником, чтобы повелевать волками.

 -- Какая светлая мысль, - подзадорил его я.

 Уловив насмешку, Анри вспыхнул и заявил:

 -- Даже сегодня многие хотели бы проклясть тебя, но у них язык не повернулся. И после этого ты смеешь утверждать, что можешь обойтись без колдовства.

 -- Если не замолчишь, то тебе придется обойтись без меня, - я не угрожал, просто поставил его перед фактом, но Анри притих.