|
Впрочем, куда больший эффект я ожидал от звонкой пощечины, которую Германия влепила новому французскому монарху прямо во время коронации. Это ж надо было додуматься, бомбить окраины Шартра именно в этот торжественный момент. Причем если бы Петен не стянул к городу на время коронации почти всю истребительную авиацию и все возможные средства противовоздушной защиты, то немцы бы могли и не ограничиться окраинами. И кто тогда знает, как бы повернулось дело.
Стук в дверь прервал мои устало-меланхолические рассуждения о смысле бытия. – Государь! Господин иинистр иностранных дел граф Свербеев испрашивает дозволения на высочайшую аудиенцию. – Просите. Полковник Абаканович исчезает за дверью, а на его месте появляется новоявленный граф. – Ваше императорское величество! Срочное сообщение из Османской империи. Дивизионный генерал Мустафа Кемаль обнародовал сегодня в Тарсусе циркуляр, в котором содержится воззвание к армии и народу, где указывается на то, что независимость страны находится под угрозой. Генерал Кемаль объявил созыв делегатов на Конийский конгресс. Так, значит? Весьма и весьма интересно. Ататюрк разбушевался? – Что еще известно по этому делу? Свербеев покачал головой. – Государь! В настоящее время поступают лишь отрывочные сведения о данном событии. Мы, разумеется, держим руку на пульсе и, уверен, в ближайшие часы сможем прояснить ситуацию. – Уж постарайтесь. Что слышно из Франции? – Августейшая чета вернулась в Орлеан. Генерал Петен назначен премьер-министром Французского королевства. Насколько мне известно, собирается завтра выехать в район Парижа.
Курляндия. Временно оккупированные территории. 2 (15) сентября 1917 года Пятый день командир отряда им. атамана Пунина держал свою родную 2-ю сотню и штаб отряда в лесах у озера Зеберн. Разведчики особого отряда штаба Северного фронта успели не только замаскироваться, но и обустроиться. Сменивший утром спокойную погоду штормовой ветер явно гнал с Балтики новый «благословенный ливень». Но ротмистр Булак не особо ему радовался. Погода явно на этот раз не русским благоприятствовала. – Ваше благородие! Ваше благородие! Летить! Летить! Там! – загомонил громким шепотом Кузьмин, вбежав под навес штаба отряд. – В чем дело, младший вахмистр?! Белены объелись? Доложите по форме! – Слушаюсь, ваше благородие! Там с юга воздушный шар летить! Быстро! – На нас? – Ей-богу, на нас, вашброть! Ротмистр задумался. Откуда здесь шар? Может, по их душу? Нашли? – Так, Кузьмин, бери нашего бекасника и снимите мне эту птичку. Только аккуратно! Летунов не повредите! – Слушаюсь, вашброть! – И брата мне позови! – сказал командир уже спешащему к выходу вахмистру в спину. Уже через минуту под навесом возник брат. – Что звал, Станислав? – Слушай, Юзеф. Наши стрелки сейчас воздушный шар собьют. Возьми пару ребят и отследите, куда упадет. Если будет возможность, приведите тех, кто был в шаре. Ну или то, что было при них, принесите. – Сделаем! Юзеф исчез так же бесшумно, как и появился. Вскоре прогремел глухой выстрел и почти сразу второй. Не дошла, видно, до кого-то воздушная оказия… Прошло около часа, когда в штабе снова возник брат, стряхивая с себя первые капли приближающегося ливня. За это время Станислав Никодимович успел уже прикинуть варианты спешного отхода отряда и теперь ждал результатов экспедиции. – Нашли? – Так точно… – Отставить Юзеф Никодимович, не на плацу. – Нашли мы шар, рядом упал. |
