– Как охарактеризуете маршала Лиотэ?

– Луи Юбер Гонзалв Лиотэ, 62 года. Маршал Франции. Считается ярым монархистом и патриотом. Достаточно компетентен и инициативен. Хорошо проявил себя в Алжире, Марокко, Индокитае и на Мадагаскаре. В одном из своих писем написал следующее. – Свербеев нашел в папке соответствующую бумагу и процитировал: – «Здесь я чувствую себя как рыба в воде. Манипуляция предметами и людьми – это власть; то, что я люблю». В правительстве Петена занимал пост военного министра. Один из инициаторов примирения между Орлеаном и Руаном в дни противостояния между Петеном и парламентом.

– Королеву?

– Королева-мать Изабелла Орлеанская, 39 лет. Дочь Луи-Филиппа, графа Парижского и Марии Изабеллы Орлеанской, инфанты испанской. В 1899 году вышла замуж за своего двоюродного брата – принца Жана Орлеанского. Четверо детей, включая сына – нынешнего короля Генриха VI. Старшей дочери Изабелле осенью исполнится семнадцать лет, что следует учитывать в контексте возможного замужества и влияния сего фактора на европейскую политику.

Киваю. Помнится, покойный Петен сватал мне эту Изабеллу вместо Иоланды Савойской. Я выбрал Машу. И не жалею. Но фактор Изабеллы действительно следует учитывать в политических раскладах. Тем более что через несколько лет и ее младшие сестры будут на выданье. Да и итальянские сестры Маши тоже на подходе. Да и с племянницами моими тоже надо что-то решать.

– Что еще?

– Вокруг нынешней королевы ранее ходили скандальные слухи о ее якобы связи с торговцем мылом по фамилии Бернес, в период их с герцогом проживания в Марселе. Даже утверждается, что Анри вовсе не сын герцога де Гиза.

– Прелестная история. Король Франции – сын торговца мылом.

За столом все заулыбались. Свербеев меж тем продолжал:

– Этот момент, как вы понимаете, несколько осложняет положение и самой королевы-матери, и Генриха VI и вносит сомнения в легитимность наследования престола. Впрочем, это же Франция, и в ее истории случалось всякое. Тот же Наполеон Бонапарт – сын судебного заседателя, что не помешало ему на некоторое время узурпировать власть и объявить себя императором.

Это да. К тому же французы по своему характеру значительно более терпимы ко всякого рода любовным шашням на стороне. Так что может и не отразиться это на положении монарха. Впрочем, сейчас там нужно просто удержать власть, и легитимность устанавливается штыками.

– Каковы общественные настроения во Франции? Какова реакция на произошедшее?

– Государь! Сведения, поступающие по различным каналам, дают довольно противоречивую информацию о ситуации. С одной стороны, в обществе и в армии царит шок и растерянность. Положение осложняется присягой новому королю, в том числе и в армии. Вторая присяга за два дня, что не добавляет устойчивости власти и управлению войсками. Тем более что далеко не везде успели принести присягу Иоанну Третьему, а тут такой поворот. С другой стороны, есть массовый гнев, выражаемый фразой «Боши убили нашего короля». Также общественный резонанс вызвала последняя фраза умирающего Иоанна Третьего, сказанная сыну: «Анри, мой мальчик, стань императором и отомсти бошам за меня!»

Хмыкаю.

– Он что, и вправду так сказал?

Свербеев сделал неопределенный жест.

– Так сообщается, государь. В момент смерти возле короля было множество приближенных, включая ее величество Изабеллу Орлеанскую.

Ага. Сказано в лучших традициях дешевого индийского кино. После чего должны были устроить массовые танцы и карнавал в стиле «Король умер – да здравствует король!».